Фототаблица
Комментарий:
Заключение взрывотехнической экспертизы не соответствует ст.204 ч.1 п.7, 9, 10 УПК РФ, ст.8 Закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", а при ее назначении и проведении были нарушены положения ст.ст.49 ч.4, 51 ч.1 п.5, 195 ч.3, 198 ч.1, 206 ч.1 УПК РФ ст.ст.6 ч.2, 15 ч.4 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».
С Постановлением о назначении судебной взрывотехнической экспертизы Аракчеев С.В. был ознакомлен через 10 дней ПОСЛЕ ее проведения, Худяков Е.С. был ознакомлен через 12 дней ПОСЛЕ ее проведения. Какие-либо данные об ознакомлении Аракчеева С.В. с результатом этой экспертизы в деле отсутствуют.
Эксперт Тасуханов Х.И. закончил Грозненский педагогический институт по специальности «учитель труда». Как усматривается из представленного в судебное заседание Свидетельства №002482 от 17.01.2003, стаж работы эксперта Тасуханова Х.И. на момент производства экспертизы от 16.05.2003 составлял менее 4 месяцев. При этом в Заключении эксперта №739/с от 16.05.2003, в нарушение ст.204 ч.1 п.4 УПК РФ, указан не соответствующий действительности стаж работы эксперта в 2 года.
Представленный на экспертизу автомобиль «КАМАЗ» никак не идентифицирован, что не позволяет сделать вывод о том, что в качестве объекта экспертизы выступал автомобиль, имеющий какое-либо отношение к уголовному делу по обвинению Аракчеева С.В. и Худякова Е.С. Не идентифицировано представленное на экспертизу кольцо, якобы, от взрывателя УЗРГМ-2, хотя на соответствующих кольцах имеются маркировочные обозначения.
Бензобак, на который, якобы, было положено взрывное устройство, на представленном на экспертизу автомобиле отсутствует вовсе, что принципиально не позволяет произвести какие-либо замеры для установления предполагаемого местонахождения взрывного устройства.
Примененные при исследовании методики не указаны, что не позволяет проверить их научную достоверность.
Не приведены никакие размеры и замеры – ни автомобиля «КАМАЗ», ни имеющихся либо отсутствующих деформаций и повреждений его конструкций, что не позволяет сделать вывод вообще о наличии таких деформации и повреждений.
Не приведены никакие расчеты в обоснование сделанных экспертом выводов.
При этом, методики исследования частично приведены лишь в разделе «Химическое исследование», в которой констатируется, что остатков взрывчатого вещества обнаружить не удалось. Тем более необоснованным выглядит вывод эксперта о взрыве мощного бризантного вещества массой от 400 до 600 грамм.
В ходе допроса эксперт Тасуханов Х.И. пояснил, что действительно не указал размеры и другие параметры, по которым проводил расчеты, а также сообщил, что произвел расчет по одной формуле, по которой производится расчет для бесконтактного подрыва дерева.
Также эксперт Тасуханов Х.И. и специалист Кондратьев В.В. показали, что приведение в действие тротиловой шашки с помощью взрывателя УЗРГМ-2, практически невозможно, так как взрыватель УЗРГМ-2 является взрывателем кумулятивного действия, а диаметр входного отверстия для штатного взрывателя в тротиловой шашке меньше диаметра взрывателя УЗРГМ-2. В силу же этого же кумулятивного, то есть, направленного принципа действия, практически, невозможно приведение взрывного устройства в действие путем зажатия между двумя тротиловыми шашками. При этом, ни в самом экспертном Заключении, ни в обвинительном заключении нет ни слова про такую возможность подрыва.
Кроме того, осуществление права на защиту Аракчеевым С.В. было затруднено отсутствием у него защитника, так как в соответствии со ст.49 ч.4 УПК РФ и ст.15 ч.4 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» указанный в протоколах соответствующих следственных действий адвокат Абрамов С.С. не мог быть допущен следствием в качестве защитника Аракчеева С.В. и не имел права осуществлять его защиту.
См. также:
Ходатайство о назначении повторной взрывотехнической экспертизы
Ходатайство о признании экспертизы недопустимым доказательством