Слушания 6 марта 2007 г.

 

 

С: Государственное обвинение продолжает предоставлять доказательства.

 

 

ИК: Обращаю внимание суда, что судебно-медицинский диагноз, что на трупе Хасанова имеется сквозное проникающее ранение. О том, что имеются ранения головы, в данном судебно-медицинском диагнозе не отражено. Также обращаю внимание на то, что характер данных ран на правой скуловой области не представляется возможным определить в виду ярко выраженных гнилостных изменений, также обращаю внимание суда на то, что эксперт не устанавливает огнестрельное ранение головы. Также обращаю внимание суда, что на фотосъемке также отражены только огнестрельные ранения груди и отсутствуют ранения головы, ни входного, ни выходного отверстий эксперт не устанавливает.

Х: Ваша честь, я хотел бы обратить внимание суда на четвёртый вывод, что дистанцию выстрела определить не представляется возможным в виду отсутствия следов близкого выстрела в области входной раны на трупе Хасанова и верхней одежды. Однако мы знаем, что по показаниям потерпевших верхняя одежда была уничтожена при захоронении.

ВТ: Отсутствие одежды, что Вы говорите?

ИК: Мы говорим, как здесь написано: «в виду отсутствия следов близкого выстрела в области входной раны на трупе Хасанова и верхней одежды».

Х: В чём вопрос? Пусть допросят потерпевших.

АГ: Сразу, когда смотришь на структуру самого документа, который называется заключением комиссионной судмедэкспертизы, то обращаешь внимание на скудность исследовательской части, причём в самой исследовательской части сразу указывается на то, что это только наружное исследование, поэтому говорить в данной ситуации о полноте… а только на основе полного всестороннего исследования медицинского можно будет говорить о том, что могли быть на научной основе представлены категорические сведения по всем тем вопросам, которые были поставлены в постановлении о назначении судмедэкспертизы. Эксперты, на мой взгляд, грубейшим образом нарушили требования ст. 204 ч. 1 п. 9,10, в которых говорится о том, что должно быть в заключении эксперта. Содержание и результат исследования с указанием применённых методик. В данном заключении не имеется исследований, а имеется поверхностное описание наружных признаков повреждений, не более того. И есть претензии к выводам, поскольку в п. 10 ст. 204 ч. 1 говорится, что выводы по поставленным перед экспертом вопросам должны быть обоснованы. А обоснование в данном заключении отсутствует. При таких обстоятельствах говорить о том, что данное доказательство носит научный всесторонне обоснованный характер, нет оснований. Я полагаю, для этого имелась такая возможность в тех условиях, когда пошли на такой серьёзный шаг, как эксгумация трупов, что противоречит традициям и обычаям в мусульманском мире, поэтому, коль уж было принято такое решение, то следовало его облечь во все предусмотренные законом формы и проводить, как того требует закон «О государственной экспертной деятельности в РФ». Существует ещё один приказ Минздрава РФ № 161 от 24.04.03г. Во 2м разделе «экспертное исследование трупа» указывается, что исследование должно быть полным, объективным и базироваться на строго научной основе. Выводы должны соответствовать полному исследованию, чего мы в данной ситуации не видим. Вот что мешало забрать пробы для гистологического исследования? Ведь такая возможность имелась. Более того, я хотел бы обратить внимание, что в постановлении о назначении повторной экспертизы на это постановление указывает сам следователь, принимая решение о назначении повторной судмедэкспертизы. И если первая экспертиза вообще не выдерживает никакой критики, т.к. экспертизы, которые ранее были проведены по протоколу осмотра трупа, именно по протоколу, там вообще нет исследовательской части, там есть обстоятельства дела и выводы. Поэтому одна экспертиза по существу не отличается. И ещё хотел бы обратить внимание, Ваша честь, на то обстоятельство, что экспертиза была назначена 12 мая, 20 мая было уже заключение. В этот период времени как Худяков, так и Аракчеев уже имели определённый правовой статус, который давал им право в соответствии со ст. 198 ознакомиться, они должны были ознакомиться с постановлением о назначении судмедэкспертизы, и у следователя была тогда реальная возможность ознакомить их с постановлением следователя. Я полагаю, что следователь, умышленно действуя, т.к. я не допускаю, что он не знал норм, предусмотренных ст. 198, но следователь с постановлением о назначении экспертизы ознакомил моего подзащитного 24 мая 2003 г., после того, когда было уже заключение данной экспертизы, чем лишил его права ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов каких-либо других лиц и проведении экспертизы в конкретном исследовательском учреждении, присутствовать с разрешения следователя при производстве судмедэкспертизы. Я полагаю, что если бы такая возможность была предоставлена Аракчееву, Худякову и их защитникам, я думаю, что те нарушения уголовно-процессуального характера и норм, связанных с проведением судмедэкспертизы, не имело бы места, а следовательно можно было бы говорить о заключениях этих экспертиз как о полноценных исследованиях, которые являются доказательствами для использования при вынесении приговора.

ДА: Я полностью поддерживаю всё вышесказанное. Действительно были нарушены при проведении данных экспертиз положения ст. 198, но я хотел бы вернуться к этому вопросу тогда, когда защита будет предоставлять доказательства, и, соответственно, эти постановления оглашать, где будет видно, что действительно права Аракчеева и Худякова были нарушены. Также я могу сказать, что нарушены требования ст. 204 ч. 1 вышеперечисленных пунктов, а также п. 7, где указано, что в экспертизе указывается объект исследования и материалы, представленные для производства судмедэкспертизы. В принципе, я говорил и раньше, но для протокола повторюсь. Заключениями у нас называется экспертиза эксгумированного трупа. Указано, что проводится судмедэкспертиза эксгумированного трупа, а на самом деле у нас проводится исследование документации, т.е. таким образом в этой части заключение просто не соответствует действительности и не может быть признано таковым.

ВТ: Хотелось бы обратить внимание суда, что в данной части экспертизы не исследованы документы, как говорит сторона защиты, а непосредственно исследовались трупы, о чём я зачитывал, и сказано в экспертизах.

АГ: Я говорил не о…

ВТ: Ваша честь…

АГ: Практически, как в первой экспертизе, которая проводилась 18 числа, так и в этих экспертизах, может более полное описание наружных признаков ранений, но без морфологических признаков имело место. Т.ч. одна экспертиза от другой практически не отличается. А научной обоснованности нет ни в какой из экспертиз.

С: Аракчеев!

А: Да, Ваша честь.

С: С постановлением о назначении экспертизы знакомили Вас?

А: Не знаю, не помню.

С: Подойдите к столу.

АГ: 12 мая было вынесено постановление о назначении экспертиз.

ДА: 24 мая его знакомят с постановлением о назначении экспертизы, которая проведена 20 мая.

АГ: Заключение уже есть.

ДА: Да, заключение уже есть. Никакими правами он воспользоваться не может. Ни другое учреждение попросить, ни отвод заявить. Уже поезд ушёл.

С: Присядьте все. Аракчеев! Пожалуйста, ответьте на вопрос. Вопрос Вам понятен?

А: Я подписывал много документов, с экспертизой я не знакомился.

С: Есть ещё желание посмотреть на постановление?

ДА: Ваша честь!

ИК: 27 мая ознакомил.

С: Разъясняю защитнику, что если у него будут какие-либо вопросы, то задавать их можно будет после того, как суд задаст все вопросы.

А: Это моя подпись, но я не знакомился.

С: Уважаемые участники, суд Вам дал возможность высказаться по содержанию документа полностью. Когда я спросил, есть ли у Вас вопросы, стороны ответили дружным молчанием, из чего суд сделал вывод, что вопросов нет. Теперь суд желает выяснить вопрос, поэтому не мешайте суду. Если у вас ещё дополнительные вопросы появились, суд Вам с удовольствием предоставить возможность исследовать другие вопросы. Аракчеев! Не услышал я от Вас ответ на вопрос. Л.д. 141. Надо Вам ещё посмотреть или не надо?

А: Я посмотрел, достаточно.

С: Т.е. с постановлением о назначении экспертизы знакомил Вас следователь 24 мая?

А: Нет, не знакомил, но я подписывал эти документы.

С: Подпись Ваша?

А: Да.

С: С постановлением знакомиться не желаю…

А: Это с постановлением, а не с экспертизой.

С: Я Вам задаю вопрос, Вы отвечаете. Правила просты. Честно, не честно, Вам обманывать суд никто не запрещает. У Вас процессуальное положение позволяет врать, в отличие от остальных участников, которых суд предупреждает об уголовной ответственности за вранье. Вам можно. Вот я Вас и спрашиваю. Можете отказаться давать показания, можете отказаться отвечать на вопросы. Я хочу от Вас ответ на простой вопрос. Знакомил ли Вас с протоколом о назначении экспертиз…

А: Ваша честь, дело в том, что здесь написано, что я отказываюсь знакомиться с постановлением о назначении экспертизы, которая уже состоялась 20 мая.

С: Вы такое заявление делали?

А: Не помню.

С: Подпись Ваша?

А: Да.

С: Всё, присядьте.

ВТ: В деле имеется заявление Аракчеева, сделанное им в присутствии адвоката Абрамова.

 

 

С: Стороны будут смотреть?

АГ: Посмотрели, мы согласны с этим заявлением. Оно соответствует тому протоколу, который был оформлен 24 числа, а мы указываем на совершенно другие обстоятельства, которые предшествовали… Данное следственное действие. Ознакомление. Ведь закон предусматривает именно с момента назначения. Что мешало в данной ситуации? Только когда подсудимого или подозреваемого знакомят с постановлением о назначении экспертизы в момент вынесения данного постановления способен осуществить своё право на защиту и воспользоваться теми правами, которые предусмотрены законом. Такой возможности он был лишён, т.к. ему об этом уже после момента, когда было сделано заключение, 20 числа, ему предоставили такую возможность ознакомиться. И в данном заявлении идёт речь не о постановлении о назначении экспертизы, а о судебно-медицинском заключении от 20.05.03.

ВТ: Мы ознакомились с постановлением о назначении судмедэкспертизы. Аракчеев имел возможность воспользоваться правами и сделать какие-либо заявления и заявить ходатайства, что им не было выполнено. Протокол это подтверждает полностью. Никаких заявлений от него по вопросам назначения других экспертов не поступило.

АК: Если бы Аракчеев сделал бы какие-нибудь заявления, воспользовавшись этим правом, то это была бы проблема следствия, как их разрешать. Но поскольку таких заявлений не было, фактически оснований ставить другие вопросы судмедэксперту не было.

АГ: Ваша честь! Я хотел бы задать риторический вопрос нашим оппонентам. Как мог 24 мая Аракчеев воспользоваться своим правом участвовать в судмедэкспертизе? Он должен был быть ознакомлен своевременно, чтобы воспользоваться своим правом на защиту и принимать участие в исследовании, если бы его допустил следователь. Поэтому это была обязанность следователя. Следователь не выполнил требования, которые на него возложены законом. Поэтому мы и говорим о том, что данный документ был совершён с нарушением закона и является недопустимым.

ДА: Действительно. Я утверждаю и констатирую факт, что поскольку Аракчеева ознакомили с постановлением о назначении после проведения экспертизы, то он в принципе был лишён возможности воспользоваться правами, предусмотренными ст. 198. Но на сегодняшний день мы же не спорим с тем фактом, что была экспертиза проведена, что его ознакомили. И пока мы вопросы о недопустимости доказательств не ставим.

С: Это Вы о чём?

ДА: Я бы просил пока не отклоняться от существующего порядка. Предоставляет сторона обвинения доказательства. Мы же пока не ставим вопрос о недопустимости. Мы сейчас так уже далеко отошли.

ИК: Хочу обратить внимание суда на то, что в данном протоколе ознакомления с постановление о назначении. Здесь касался вопрос об Аракчееве, я также коснусь вопроса о Худякове. В данном протоколе не расшифрованы права согласно ст. 198 УПК. Т.е. просто защитнику права разъяснены. Ст. 198…

С: л.д. какой?

ИК: л.д. 141. И по Худякову л.д. 139. Протокол ознакомления Худякова от 27 мая с адвокатом Борщовой, н.п. Ханкала. Т.е. они расписались за права, но в данном протоколе нет расшифровки норм ст. 198 УПК. Если бы это была расшифровка, то они бы прочитали свои права и могли поставить вопросы. Норма не разъяснена ст. 198.

ВТ: Вопрос к законодателям.

ИК: Данный вопрос к следователю, который составлял протокол. И сейчас во всех протоколах норму ст. 198, норму её полностью, права разъясняют, все пункты.

ВТ: Данный протокол полностью соответствует нормам закона, поскольку является приложением к УПК. На тот момент именно в таком виде законодатель предусмотрел форму данного протокола. В связи с чем, кроме того, в данном следственном действии принимали участие адвокаты, обладающие юридическими познаниями, разбирающиеся, в том числе, и в требованиях УПК, и закон на них возлагает обязанность разъяснять их подзащитным их права.

С: По данному документу будут ещё дополнения?

ВТ: Нет.

ИК: Нет.

С: Аракчеев!

А: Да, Ваша честь.

С: Заявление на 16 листе Вы писали? Подойдите, пожалуйста. Ваше?

А: Да.

С: И ещё у меня вопрос. Какие-нибудь у Вас ходатайства были при назначении экспертиз?

А: Нет.

С: Имеется в виду, какие Ваши права Вы считаете нарушенными? Следователь нарушил, когда ознакомил Вас после проведения экспертизы.

А: Мои права, естественно, были нарушены. Я не знал вообще об экспертизе до 24 мая, т.е. я не мог участвовать в экспертизе и реализовать свои права, когда я узнал о том, что 24 это уже состоялось.

С: Конкретно что Вы хотели сделать?

А: Конкретно я мог заявить отвод эксперту и заявить ходатайство о проведении экспертизы в другом экспертном учреждении, т.е. не..

С: Вы не ответили на вопрос суда. Какие конкретно у Вас были ходатайства? Чего Вы были лишены сделать?

АГ: Ваша честь.

А: Я был лишён…

С: Алексей Григорьевич! Аракчеев, какие конкретно заявления и ходатайства Вы хотели бы сделать?

АГ: Не хотел, а мог бы.

А: Я мог бы ходатайствовать о том, чтобы провели полную судмедэкспертизу, а не наружное исследование трупа. Я бы ходатайствовал о том, чтобы достали пулю, которая является доказательством моей невиновности. Она не изымалась до сих пор. Она находится там. И только при извлечении данного доказательства можно будет разобраться в этом судебном процессе.

С: Заявили бы о необходимости вскрытия, так?

А: Конечно! Заявил бы о другом каком-то определённом учреждении, которое выберу я.

С: Например? Аракчеев! Я Вам просто объясню, что я хочу от Вас услышать. Имеется в виду, на какой вопрос я хочу получить ответ. Вы считаете, что Ваши права нарушены. Да?

А: Да.

С: Т.е. у Вас были конкретные ходатайства, которые Вы хотели заявить, но возможность была упущена. Слушаю Ваши ходатайства, которые Вы хотели заявить.

А: Если бы меня ознакомили с постановлением о назначении судмедэкспертизы своевременно, то я бы ходатайствовал. Необходимо время, Ваша честь.

С: Я так понимаю, что Ваши права уже нарушены. В настоящий момент Вы уже всё знаете и уже не удовлетворены.

А: Я хотел бы заявить отвод эксперту и ходатайствовать о проведении экспертизы…

С: Пожалуйста, на каком основании данному эксперту Вы намеревались заявить отвод?

ДА Я прошу перерыв на 5 минут, потому что…

С: Я Вас прошу не перебивать председательствующего, делаю Вам замечание, господин Аграновский.

А: Ваша честь, я прошу перерыв, чтоб согласовать свою позицию с адвокатами!

С: Аракчеев! Поясните пожалуйста.

А: Ваша честь, ну зачем я буду именно как раз, чтобы я сделал, если бы меня ознакомили. Меня не ознакомили своевременно. Т.е. меня лишили того права, чтобы я мог заявить отвод, о другом учреждении ходатайствовать.

С: Вы обязаны отвечать на вопрос суда. Я ситуацию представляю так. Если я не прав, можете меня поправить. У Вас были какие-то ходатайства, которые Вы не имели возможности заявить в связи с тем. Что Вас несвоевременно ознакомили с заключением эксперта. Так?

А: Да.

С: Т.е. Вы считали уже тогда, что Ваши права были нарушены?

А: Да.

С: Конкретные нарушения Вы сейчас должны привести.

А: Я хотел бы присутствовать при этой судмедэкспертизе.

С: Ещё чего? Присутствовать при экспертизе, провести вскрытие, достать пулю, заявить отвод эксперту. По каким основаниям какому эксперту Вы хотели бы заявить отвод? По какой причине? Пожалуйста.

А: Я заявил возможно. Я этих экспертов не видел.

С: Сейчас уже времени сколько прошло?

А: Вы с этими нарушениями прав уже 3 или 4 года живёте. Я так понял, что… Мы говорим про прошедшие нарушения, а не про будущие, не то, что Вы бы когда-нибудь. Про прошедшие, понимаете? Нарушения, которые Вы считаете, что Ваши права были нарушены. Вот я и хочу узнать, какие Вы тогда считали на тот момент права нарушенными. Какие ходатайства следователь не дал Вам заявить, понимаете?

А: Во-первых, я бы потребовал…

С: Отвод эксперту Вы хотели заявлять?

А: Нет… Не знаю. Если бы я не видел экспертов.

С: Давайте… Вы считаете Ваши права нарушенными. Вы должны знать, заявили бы тогда отвод эксперту или нет. Про прошедшее говорим, не про будущее. Права Вы считали нарушенными на тот момент.

А: Я бы требовал от экспертов, чтобы они провели все исследования, ответили на все вопросы.

С: На какой вопрос Вы бы конкретно потребовали ответ?

А: Причину смерти. Конкретно вскрытие трупов. Чтобы выводы были все научно обоснованными.

С: Давайте конкретно. Требовали бы уточнение причины смерти, так?

А: Да.

С: Ещё что?

А: Требовал бы…

С: Алексей Григорьевич, я Вам вопрос не задавал.

АГ: Ваша честь! Я имею право советовать своему подзащитному!!! Вы сейчас задаёте вопросы в такой плоскости… Вы же не спрашиваете его, а разъяснил ли следователь нормы ст. 198, право, предусмотренное данной статьёй? Он знал о том праве, о котором Вы сейчас его спрашиваете? Или не знал? Вот в чём вопрос! Вот в чём предмет спора мог бы быть! А Вы сейчас говорите о том, что бы могло быть!

С: Алексей Григорьевич, не могло бы быть!

АГ: Могло бы быть, если бы следователь не нарушал закон!

ИК: Они только расписались за номер статьи! Где сами расшифровка самой нормы в постановлении? Откуда и мой подзащитный, и Аракчеев в тот период мог знать о своих правах?

С: Вопрос сейчас не в этом. Мы говорим о субъективном понимании. В частности, Аракчеев считает, что его право было нарушено. По этому я у Аракчеева и спрашиваю.

ДА: Но он не знал.

С: Что значит не знал?

ДА: А ему следователь не разъяснил порядок ст. 198, как же он мог знать?

С: Я поэтому и спрашиваю, что Аракчеев хотел сделать. На тот момент, а не сейчас.

ДА: Извините, я, конечно, может опять напрашиваюсь на замечания, но здесь чётко сказано, 195 ст. ч. 3. Следователь разъясняет им права, предусмотренные ст. 198. Когда знаешь свои права. А когда не знаешь своих прав, как же может возникнуть желание ходатайствовать о том, о сём, о пятом-десятом? Надо спросить у Аракчеева сначала.

С: Аракчеев говорит, что были желания, мы их и выясняем, понимаете? Мы выясняем его субъективную точку зрения. Его понимание. Поэтому его понимание не зависит от какой-то консультации и т.д. Его субъективное восприятие на тот момент, а не на будущее. Не на сейчас, а на тот момент.

ДА: Можно его спросить, даже не на тот момент, а на этот момент, знает он вообще положение ст. 195. И ст. 198? Он их тогда не знал и сейчас не знает. Поэтому ответить не может.

С: Дмитрий Владимирович, сейчас не об этом речь.

А: Ваша честь, если бы я знал 18.06.2002г. о том, что моя поездка на территорию ЧР обернётся этим судебным процессом, то я бы, может быть, не поехал. Лёг костями и не поехал бы вообще.

С: Понятно, Сергей Владимирович, присядьте.

А: То есть я, как бы я поступил…

С: Перерыв объявим, после чего продолжим.

 

 

 

АГ: Ваша честь, Ознакомившись с данным заключением, я хочу, может быть не повторять, но сказать о том, что я поддерживаю те замечания, которые были высказаны по предыдущему заключению. Это совершенно однозначно. Вот если даже на элементарном примере это можно проиллюстрировать. Утверждается, что повреждено лёгкое. Каким образом эксперт мог заявить о проникающем ранении легкого, если он не вскрывал труп и не видел этого лёгкого, и следов повреждения лёгкого он видеть не мог. Как при таких обстоятельствах можно говорить о достоверности, объективности данной экспертизы. Безусловно, очень много сейчас говорили о том, что, дескать, эксгумацию пришлось проводить… Я безусловно считаю, что это стало необходимо только по одной причине, что следователем грубейшим образом были нарушены требования ст. 196 п.1, в котором говорится об обязательном назначении судмедэкспертизы. В этом пункте 1м говорится «для выяснения причины смерти». Если бы сразу это было выполнено, в момент, когда были обнаружены трупы, а такая возможность реальная была для проведения тщательного всестороннего осмотра и вскрытия трупа, не пришлось бы, естественно, в дальнейшем использовать эксгумацию, которая также была проведена ненадлежащим образом. Я полагаю, что те понятые, которые участвовали при проведении эксгумации, им ничего и при проведении осмотра, который проводился в условиях могилы, не могли видеть и даже зафиксировать надлежащим образом, как требует от них закон, тех месторасположений тех повреждений, которые имелись на телах погибших.

С: Алексей Григорьевич, Ваше заявление прозвучало как ходатайство?

АГ: Нет ещё пока.

С: Имеется в виду о проведении…

АГ: О проведении повторной экспертизы…

С: Я Вас прошу, дослушайте мой вопрос, после этого будете формулировать свой ответ. Ваше выступление прозвучало как ходатайство о необходимости допроса эксперта в связи с данной экспертизой, а частности Вы спрашиваете, почему эксперт заявил о повреждении лёгкого, если вскрытия не проводилось, т.е. Вы заявляете ходатайство или это просто заявление сейчас?

АГ: Нет, это просто у меня сейчас как один из аргументов в подтверждение вывода о том, что экспертиза проведена неполно, ненаучно, а, следовательно, необъективно.

С: Ходатайств пока нет?

АГ: Нет.

ДА: Я бы даже сказал, что нет ходатайства о допросе именно этого эксперта.

С: Понятно. Нет больше по данному заключению вопросов у сторон?

ИК: Нет.

С: Поступило предложение о порядке предоставления доказательств. Один экземпляр я себе оставляю, остальные передаю стороне. Нет возражений, если мы это всё успеем?

ДА: Ну как нам предложения о представления документов 6 марта поступают в 13 часов 6 марта?

ВТ: Ваша честь, мы дорабатывали ранее предложения, которые были сделаны.

С: Ну это не обязанность стороны обвинения. Вчера суд предложил сделать знак доброй воли и т.д. Нет возражений? Все получили копию? Не возражений против приобщения?... В таком случае суд постановил приобщить . И есть предложение обсудить график дальнейшей работы. До скольких примерно? На сегодня, а завтра уже обсудим. Или сегодня есть уже необходимость обсудить?

ДА: А почему бы и нет?

ИК: Можно перерыв не обед?

С: Давайте ещё час поработаем? Давайте тогда мы сделаем вот как. Сейчас объявим перерыв на 10 мин., и в перерыве я попрошу сторону защиты и сторону обвинения обменяться мнениями по поводу дальнейшего продолжения. Если будем выражено единое мнение, то суд либо согласится, либо уточнит…

 

 

С: Продолжается судебное заседание. Стороны пришли к единому выводу? Алексей Григорьевич, раз уж Вы начали выступать, поясните тогда, какое мнение?

АГ: Работать завтра плодотворно до 12 часов дня, затем поздравлять женщин, жён – 8го числа поздравлять и близких родственников.

ИК: И любовников.

АГ: С 9го по 13е сделать перерыв. Небольшое есть объективности ради…

С: Т.е. 13го встречаться?

АГ: Да, вот как намечено у нас 13е число.

С: О чём стороны…

АГ: Я ещё не договорил, 13го у нас назначен Макарченков, Цупик, Ермаков и Ермолаев – 15го. И сторона обвинения вроде бы оставляет ещё себе 16е для предоставления собственных доказательств. Насчёт 12го, мы бы хотели, но у меня прения в суде, у Дмитрия Владимировича в Таганском суде.

ДА: Очень важное решение вопроса. Дело поступило в суд, решается вопрос о мере пресечения, под стражей находится 6 человек, вчера позвонили из канцелярии и просто очень попросили быть.

АГ: Всё, я доложил.

С: Сторона обвинения, пожалуйста.

АК: Сторона обвинения планировала следующий порядок предоставления доказательств. 5,6,7,9 марта оглашение доказательств, 13, 14, 15 марта допросы свидетелей. Но учитывая праздники и другие доводы наших уважаемых оппонентов мы решили пойти навтречу и предоставить 9е число.. поработать по их плану и не предоставлять доказательства. Но всё-таки мы хотели бы с 12го числа начать.

С: На 12е что планируете?

АК: Оглашение документов?

С: Документы по этому списку?

АК: У нас ещё таких 3 списка.

АГ: Ну это у нас такие горячие вопросы.

АК: Ну мы хотели бы, чтобы наш план состоялся.

С: Давайте тогда так поступим. 12го Алексей Григорьевич и Дмитрий Владимирович не могу…

ИК: На 13е, если можно, я могу 9го не закончить…

С: В Саратове?

ИК: Да, у меня там УДО.

С: Статья не подрасстрельная, что ж там, без Вас не разберутся?

ИК: Нет. Я не бросаю…

С: Т.е. Вы поддерживаете позицию?

ИК: Да.

С: У подсудимых, я так понимаю, других дел нет.

Х: Нет.

С: А то вдруг, мало ли… Владимир Иванович не возражает у нас?

ВК: Неее.

С: Поддерживаете ходатайство?

ВК: Да.

С: Давайте тогда вот как поступим. Подумает сторона обвинения, какие доказательства будут предоставлять на 12 е и, может быть, возможность найдёт сторона защиты без участия Алексея Григорьевича и Дмитрия Владимировича огласить документы, если нет, тогда суд уже будет принимать решение.

АК: Т.е. нам завтра надо будет предъявить то, что мы планируем исследовать 12 числа?

С: Да. Имеется в виду, какие документы, может есть смысл выборочно подготовить список документов, по которым не будет живых обсуждений в процессе.

ВТ: Трудно предположить, Ваша честь.

С: Имеется в виду обсудить со стороной защиты. Сторону защиты устраивает такое? А завтра вернёмся уже.

ДА: Завтра работаем до 12?

ЛТ: А со скольких?

АГ: С 9-30 есть предложение?

С: Нет возражений?

ЛТ: Я до 11 не могу, я заявление тогда напишу.

С: Ну если Вы не возражаете…

ЛТ: Я не возражаю.

ДА: Если до 12и, то мы уже будем свои транспортные вопросы решать…

С: Т.е. опасаясь женского гнева. Принимается тогда предложение. Завтра прошу сторонам прийти к консенсусу, чтобы не вынуждать суд принимать волевое решение. Продолжаем предоставление доказательств. Попрошу поцелеустремлённее.

 

 

Вт: Мы обращаем внимание на то, что на БТР-226 отсутствует запасное колесо, в отличие от БТР-225.

АГ: В этой связи можно вопрос Худякову? В связи с запасным колесом?

С: Пожалуйста.

АГ: Худяков, скажите, пожалуйста, по штату запасное колесо должно быть у БТР?

Х: Нет, оно комплектацией не предусмотрено.

АГ: Всё, спасибо.

С: На что сторона обвинения обратила внимание?

Вт: На то, что на БТР-226 отсутствует запасное колесо, которое есть на БТР-225. Как поясняли свидетели указывали, для каких целей данное колесо вешалось на БТР и при каких обстоятельствах было утрачено.

С: Сторона защиты обращает внимание на то, что комплектацией не предусмотрено?

АГ: Комплектацией не предусмотрено и имеется нанесённые белой краской номера…

ДА: Вообще, что все положенные отличительные знаки на БТР-226 и БТР-225 присутствуют.

 

 

ВТ: Сторона обвинения обращает внимание на наличие царапин в передней части, которые были… по обстоятельствам их появления давали пояснения ранее допрошенные свидетели, в частности, Кулаков.

ДА: В принципе это право стороны обвинения, но будут ли они дальше оглашать? П. 2, касательно БТР-225?

С: Каждая сторона основывает свои обвинения в той части, в которой считает нужным. Почему? Потому что ст. 15 УПК РФ предполагает состязательность, и при добросовестном исполнении стороной своих обязанностей вторая сторона может сослаться на то, что их интересует. В таком случае мы добьёмся более-менее объективной картины…

ДА: Тогда в этой части мы огласим позже.

ВТ: Я готов дальше здесь продолжить…

 

 

АГ: Есть замечание. В п. 1 при осмотре БТР-226 говорится о длине – 40 см., ширина – 1 см., без следов ржавчины. Что в общем то, вовсе не характерно по своей длине и ширине длине КАМАЗа, с которым имело место столкновение и далеко не говорит о том, что могло иметь контакт при столкновении или ударе.

АК: Речь не идёт о том, что весь КАМАЗ царапал данный БТР, речь идёт о том, что, как говорил свидетель Кулаков, этим БТРом подтолкнули КАМАЗ, и КАМАЗ имеет выступающие металлические части, которые и оставили данный след.

С: Ну это имеется в виду предположительно, в данном документе не указано.

 

 

ВТ: Приложенная схема будет использована при дальнейших допросах.

АГ: К Худякову вопрос. Вы видите, эта схема соответствует действительности?

Х: Я немного сориентируюсь и посмотрю… Да, соответствует.

ИК: Сторона обвинения оглашает протокол осмотра ТПУ, на что Вы обращаете там внимание при осмотре?

С: Сказали же, на схему, которая будет использоваться в дальнейшем.

ИК: На схему? А сам осмотр ТПУ не будете оглашать?

ВТ: Ну там идёт..

ИК: А что осмотром установлено, в этой части?

АГ: Ну что там…

ИК: Там осмотром никаких лиц не выявлено.

С: Задайте вопрос, сторона обвинения ответит Вам.

ИК: Что установлено осмотром?

 

 

ИК: Я обращаю внимание на то, что никого из незаконно удержанных лиц на территории в/ч 3186 и никаких предметов гражданского обихода следователями обнаружено не было.

Да: Кроме того, я бы обратил внимание на то, что практически 7 объектов на схеме вообще никак не обозначены, просто прямоугольники и квадраты.

АК: Можно вопрос Худякову и Аракчееву?

С: Да.

АК: Все ли помещения, обозначенные на схеме, были пригодны для проживания или нет?

Х: Технические объекты все были пригодны.

АК: А все ли были заняты?

Х: Да, практически все.

ВТ: Имелись ли разрушенные здания на территории?

Х: Нет, не имелись… Но по большому счёту они все были полуразрушенные, поэтому, собственного говоря, все здания были пригодны для эксплуатации.

АК: Те, которые не обозначены, Вы можете сказать, что там находилось?

ДА: Ваша честь, но вопрос не к Худякову, а к тому, кто составлял, он не обязан…

ИК: А он вообще дислоцировался там? Это вопрос скорее к Аракчееву.

Х: Мы на ТПУ дислоцировались до 28.12.02.

АК: Что могут обозначать эти здания? Хотя это уже не Ваша территория.

Х: Вот это не наша территория, вот это трансформаторные будки, это…

АК: Ну всё правильно обозначено?

Х: В принципе да.

С: Вы до 28.12.02 тут дислоцировались?

Х: Да, с 1.08.02 до 28.12.02.

С: А потом на КПЗ?

Х: Да.

С: А здесь кто оставался?

Х: Одно подразделение роты под командованием Никифорова. У нас был своеобразный штат в командировке, деление на группы…

С: Ну сколько там человек примерно?

Х: 7-8 человек.

С: У группы был полный комплект?..

Х: Да, группа была полностью укомплектована.

АК: Что вот это обозначено здесь?

Х: КПП.

АК: Это ворота?

Х: Да.

АК: Вот в этом здании сколько этажей было?

Х: Четыре.

АК: А Вы на каком этаже были?

Х: На 2м.

АК: А на третьем этаже что было?

Х: Пустой был. Одну комнату занимали контрактники, а другую – ПВО. И ещё одну комнату занимал пост радиоперехвата.

 

 

ВТ: Сторона обвинения обращает внимание на оружие, выданное лица, а также на то отметка о сдаче оружия 15 января не соответствует действительности, поскольку согласно пояснением лица, принимавшего участие, фактически оружие было сдано 16 января.

АГ: Хочу обратить внимание на то обстоятельство, что при осмотре книги приёма-выдачи оружия не указывается на то обстоятельство, что Худякову или кому-нибудь иному выдавались тротиловые шашки.

С: Существенно… Ещё что-то?

АГ: Пока ничего.

С: В данной связи нет ни у кого вопросов?... Худяков, сдачу оружия Вы контролировали?

Х: Да, естественно.

С: Т.е. достаточно было Вашего распоряжения, чтобы сдать или получить автомат?

Х: Нет, Ну как для военнослужащего, для рядового было достаточно моего распоряжения.

С: Ну контроль осуществляли Вы?

Х: Да. Но комната хранения оружия стояла на сигнализации, для снятия сигнализации приходил дежурный по части.

С: Но имеется в виду, самый старший кто там был, кто выдавал оружие?

Х: Дежурный по роте.

С: Т.е. без Вас он мог выдать?

Х: Нет, без меня не мог.

С: Ну я поэтому и говорю. Кто принимал решение о выдаче оружия и боеприпасов?

Х: Я.

С: Спасибо. И вопрос ещё такой. У Вас на вооружении тротиловые шашки находились?

Х: Да, Ваша честь.

С: Где они хранились?

Х: Они хранились на складе, и их получал…

С: На каком складе?

Х: На складе инженерно-сапёрной роты.

С: Где он располагался?

Х: В части.

С: В какой части?

Х: Вот которая на схеме обозначена.

С: В оружейной комнате Вы хранили?

Х: Нет.

С: Где делалась отметка о выдаче тротиловых шашек?

Х: На складе.

С: Ну т.е. на складе их выдавали под какую-нибудь конкретную задачу или просто?

Х: Да, под конкретную задачу, под роспись, это всё контролировалось.

С: А кто получал это всё?

Х: Я, командир роты.

С: И Вы конкретно на себя получали?

Х: Да.

С: А как отчитывались?

Х: Приезжал, сдавал. Если они были израсходованы, я был обязан написать рапорт о том, куда я их применил. Рапорт у нас сдавался на инженерный склад.

С: У Вас сапёры были?

Х: Да.

С: Кто? Имеется в виду экипаж БТР 225 и 226.

Х: В 226 был Милов.

С: Он сапёром был?

Х: Да, он прошёл курсы подготовки и находился…

С: Имеется в виду, внештатным?

Х: Да… Нет, он проходил подготовку, и у него имеется свидетельство, он прошёл специальные курсы в Ханкале, я его специально посылал на эти курсы, он там учился.

С: Должность какую он занимал?

Х: Разведчик-снайпер.

С: Что у него за вооружение было?

Х: ВСК 94.

С: Тоже 5мм?

Х: Да.

С: Получал он шашки?

Х: Он не мог их получить, я только мог получить шашки.

ДА: А помимо установленного порядка Вы могли эту шашку взять?

Х: Нет.

ДА: Она также строго выдавалась, как оружие?

Х: Да. Ещё строже, намного.

АГ: Скажите, пожалуйста, а Вы лично когда последний раз получали тротиловые шашки, какого они веса, как Вы за них отчитались?

Х: Я Вам время точное не скажу. Я получал их где-то в конце октября для проведения спецоперации по уничтожению незаконных заводов по переработке нефти…

АГ: Когда это было?

Х: В конце октября.

С: Год называйте, потому что времени прошло…

Х: 2002.

АГ: После октября 2002г. Вы получали тротиловые шашки для решения боевых задач?

Х: Нет.

АГ: Отчитались Вы за полученное?

Х: Да, конечно, рапорта написал, всё. Сдал их в инженерную службу.

АГ: Рапорта приняли без замечаний?

Х: Да, приняли без замечаний.

АГ: Нет вопросов.

МЭ: Вопрос к Худякову. Вы говорите, был отдельный журнал по выдаче боеприпасов и взрывчатых веществ?

Х: Да.

МЭ: Просто это у меня вопрос. Я сам был свидетелем того, как военнослужащие продавали не только тротил, но и даже и гранаты, и гранатомёты «муха» жителям ЧР. Продавали за водку.

ИК: Уважаемый председательствующий, я возражаю против данной постановки вопроса. Пусть представителя потерпевших спросят, был ли он свидетелем продажи боеприпасов моим подзащитным? А о других лицах…

ДА: Я тоже прошу этот вопрос отвести. У нас много чего в стране продают.

МЭ: Ну если нет…

АГ: Ну ваше подразделение продавало?

Х: Моё подразделение части 3186 оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и средства взрывания никому не продавали, потому что за этим очень тщательно следили органы контрразведки. А то, если Вы стали этому свидетелем, если Вы такой порядочный гражданин и стали этому свидетелем, так что ж Вы не вызвали органы контрразведки и органы милиции? Это уже к Вам вопрос.

МЭ: Вызывал я или не вызывал – это второй вопрос. А то, что, значит, оружие гуляло по Чечне и его продавали – это факт, просто я его Вам…

Х: Не ну я много чему становился свидетелем, но это не имеет абсолютно никакого отношения к данному делу.

С: Уважаемые участники процесса. Если кто-то обращается к суду с просьбой отвести вопрос, я тогда Вас попрошу выслушивать решение суда по данному вопросу, а не перебивать и не превращать судебное разбирательство в дискуссию непонятно по какому поводу, который не является предметом доказывания по данному делу. Это замечание к обоим сторонам. Надеюсь на плодотворное сотрудничество в дальнейшем. Пожалуйста, сторона обвинения.

 

 

ВТ: Мы хотели обратить внимание суда на тот факт, что в данном журнале не зафиксировано прибытие БТР-225, 226 на территорию и их убытия. Кроме того, оформлен наряд на выход БТР-213, который соответствует книге выхода и возвращения машин, и в т.ч. в дальнейшем что мы будем использовать, боевому распоряжению на этот день.

АГ: Я хотел бы в связи с оглашённым документом задать вопрос Аракчееву.

С: Пожалуйста.

АГ: Аракчеев, скажите, пожалуйста, на каком БТР 15.01.03г. Вы выезжали и когда возвратились.

А: Закреплённый за инженерно-сапёрной ротой и находящийся в ПВД был БТР-208. На этом БТРе мы выходили на каждую инженерную разведку, он был оборудован средствами радиозащиты, пеленой в частности, на 15.01.03 мы выходили 3 раза.

АГ: Скажите, пожалуйста, в этом оглашённом документе говорится о том, что этот БТР возвратился после 3го выезда, убыв в 14-20 и возвратился в 15-25. Это соответствует действительности?

А: Соответствует.

С: Ещё раз про время поясните.

АГ: Убыв в 14-20 до 15-25.

ИК: Хочу обратить внимание суда, что осмотрен журнал выхода с ТПУ, а БТР-226 15.01.03 выходил с совсем другой территории – с КПЗ. И также разрешите в связи с оглашённым документом задать вопрос подсудимому Аракчееву.

С: Пожалуйста.

ИК: Скажите, 15.01.03г. кто старшим был на БТР-208.

А: Все 3 выезда я был старшим на БТР-208.

ИК: С вами 15.01.03 БТР прикрытия кто был.

А: Я всегда работал на ТПУ с Берелидзе.

ИК: Он на каком БТРе выезжал?

А: На БТР-211.

ИК: В тот день он тоже с Вами выезжал?

А: Да.

ИК: Экипажи на 208 и 211 были?

А: Да. Штатные экипажи.

ИК: В этот день сколько раз Вы выезжали?

А: 2 раза на инженерную разведку и 1 раз на ликвидацию подозрительного взрывного устройства на КПЗ.

 

 

ИК: Вопрос Аракчееву. Скажите, за инженерно-сапёрной ротой был закреплён БТР-208?

А: Да.

ИК: Данный БТР мог выехать без Вас?

А: Нет.

ИК: А ещё куда-нибудь без Вас мог выехать?

А: Ну если командир полка отдал приказ выехать куда-либо в качестве прикрытия, например, без меня он не выезжал, он выезжал только со мной. Из офицеров я был в тот момент один в тот момент времени на ТПУ, и без меня никуда не выезжали.

ИК: А на 3й выезд на ликвидацию подозрительного устройства, мог он без Вас выехать на КПЗ?

А: Нет.

 

ИК: Обращаю внимание суда на то, что за снайпером Пичуговым был закреплён АС ВАЛ ЛЕ 0259. т. 6 л.д. 196.

 

 

АГ: Есть вопрос к Аракчееву в связи с данным документом.

С: Пожалуйста.

АГ: Скажите, кроме вооружения, которое указано в данном документе, в т.ч. тротиловые шашки выдавали ли у вас в подразделении 15.01.03?

А: Да, из КХО был получен ящик со средствами взрывания и с тротилом на инженерную разведку.

АГ: Как он использовался? Было ли что-то использовано из этих средств в тот день?

А: Нет.

АГ: В каком документе это подтверждается? Получение и сдача?

А: Должно было быть отмечено в книге выдачи оружия, и почему следователи этого не нашли, я не знаю.

ВТ: Документ Вашей подписью закончился, потому что Вы проверили всю выдачу.

А: В принципе, это вопрос интересный, на память это сложно воспроизвести, или со склада инженерных припасов там была книга, в которой отмечалось о том, что ящик был загружен тротиловыми и средствами взрывания, и по израсходованию средств писался рапорт мой, сапёра, который непосредственно выполнял подрыв, не менее 2х человек из группы должны были подтвердить этот факт, документы предоставлялись начальнику инженерной службы, который подписывался потом этот рапорт командиром полка, составлялся акт, и потом все эти документы направлялись в Ханкалу, в группировку для списывания с в/ч. Поскольку за в/ч были закреплены именно средства инженерных боеприпасов.

С: Это Вы на чей вопрос отвечали?

А: На общий. Я рассказал, как это всё происходило.

С: Аракчеев! Оставьте свободный рассказ на время свободного рассказа. Сейчас у нас идёт вопрос-ответ. Добро?

А: Да.

С: Если у защиты больше не будет вопросов… Пожалуйста, сторона обвинения.

 

 

Объявляется перерыв до 7.03.07 до 9-30.