[Аудиозапись 070802_1]
Начало заседания. Аракчеев болен участвовать может, ходатайство подготовит позже, когда согласует. Защита начинает с другого ходатайства. Начали с возражения стороны обвинения.
ВТ: Ходатайство о допросе в суде эксперта, совершавшего криминалистическую экспертизу полагаем необоснованным, не направленным и всё такое на основании: согласно постановлению о назначении комплексной криминалистической и баллистической экспертизы она поручена учреждению а не конкретному лицу. При этом в соответствии с ч.2 ст. 199 УПК РФ и ст. 14 ФЗ №(не разобрал) о государственной суд. экспертизе именно руководитель учреждения выбирает эксперта, обладающего профессиональными знаниями, для совершения экспертизы. Поскольку руководителем 78 судмедлаборатории данная экспертиза была поручена эксперту Иваненко, в компетентности которого удостоверился руководитель. О наличии спец познаний для проведения экспертизы свидетельствует (не разобрал) официальной подготовки по криминалистическим методам проведения экспертизы вещдоков. Данная формулировка в заключении полностью соответствует п. 8. руководства по судмедэкспертизе в вооружённых силах РФ в мирное время. Согласно этого документа производство СМЭ, к которой относится баллистическая экспертиза, возлагается на врачей, имеющих специальную подготовку по криминалистическим методам проведения экспертизы вещдоков. Вопреки словам защиты в исследовательской части экспертизы указано, что к выводу об образовании на документах (документах?) повреждения в результате выстрела из АК-74 он приходит исходя из формы, вида, размера повреждений, дефекта материала итд. При этом (не разобрал) пуля 7,62, поскольку на всех повреждениях дефект материала составлял 6 мм., что явно ниже, чем 7,62. При этом в экспертиза необоснованно указано о том, что эксперту не было известно о произведённых выстрелах в тела погибших, поскольку в заключении эксперта приведена лишь выдержка из постановления следователя о назначении экспертизы. В самом же постановлении следователем указано о производстве выстрелов в тела погибших. Кроме того в ходатайстве не указано, для объяснения каких именно вопросов требуется допрос эксперта. На основании изложенного предполагаем, что в удовлетворении ходатайства о вызове эксперта следует отказать. Кроме того, мы одновременно ходатайствуем о приобщении к делу запроса начальнику 78 судмедлаборатории Ленинградского ВО о представлении документов, подтверждающих право специалиста на производство СМЭ, и сообщения начальника 93 центра (78 СМЛ переименована в 93 ЦСМКК, Иваненко, который проводил экспертизу, работает там же и занимает должность начальника отдела судэкспертиз). В соответствии с требованиями эксперт Иваненко имел специальное образование по криминалистическому исследованию вещдоков, в том числе и баллистическому. И приложены документы: свидетельство о профессиональной переподготовке Иваненко; перечень видов исследований, утвержденный для проведения в лабораториях министерства обороны, ксерокопия руководства по СМЭ,
- возражение по формальным основаниям о приобщении этих документов к делу, поскольку они ненадлежащей формы (факсовая копия) и соответствующим образом заверенные документы не были представлены на обозрение. По остальному – после перерыва
- перерыв
[Аудиозапись 070802_2]
Продолжаем судебное заседании. Пожалуйста, защита.
(другой голос)
ДА: Уважаемый суд!
Мы полагаем, что возражения не по существу сначала начнем с эмоций. Я прошу обратить внимание на абзац второй: «Полагаем, что данное ходатайство является необоснованным, направленным на затягивание процесса по уголовному делу и не подлежит удовлетворению». Уважаемый суд, теоретически с точки зрения гособвинения, вся работа адвоката может быть направлена на затягивание процесса. Гораздо перспективнее в этом смысле переход к особым тройка. Я считаю, что высказывание, о том что защита любое действие свое направляет на затягивание процесса, и в частности, вот это ходатайство, оно просто некорректно. Уважаемые суд, с ним можно соглашаться, можно не соглашаться, но то, что оно по существу, с этим вряд ли будет кто-то спорить.
Теперь, собственно говоря, по существу возражений.
ДА: Уважаемый суд! Мы изучили представленные документы. Я полагаю, что уважаемые представители гособвинения дают им расширительное толкование.
Если мы обратимся к перечню, по крайней мере, к ксерокопии этого перечня, «Видов экспертных исследований судебно-медицинских учреждений Министерства обороны», мы увидим, что к графе «Криминалистическая экспертиза» относится очень широкий спектр экспертиз: и графологическая, и техническая, и судебно-баллистическая, и трассологическая… Причем посмотрите, насколько разные экспертизы. Если согласиться с точной зрения обвинения, получается, что уважаемый эксперт Иваненко за 5 месяцев получил подготовку по всем видам экспертиз. Это просто невозможно! По некоторым экспертизам, даже по одной, невозможно получить подготовку за 5 месяцев, они требуют высшего образования.
Поэтому, разумеется, если мы обратимся к «Руководству по судебно-медицинской экспертизе в Вооруженных силах Российской Федерации», мы увидим там, на мой взгляд сведения, прямо противоположные тому, о чем говорит государственное обвинение.
Обратимся к пункту 6-му. «В военных судебно-медицинских лабораториях в интересах органов дознания и военной юстиции в проводятся следующие виды экспертиз». Перечислены, какие.
Давайте посмотрим на 7-й пункт. «Судебно-медицинские, криминалистические, судебно-психиатрические и другие виды экспертиз проводят специалисты, занимающие должности судебно-медицинских и судебно-психиатрических экспертов, а также судебные эксперты, имеющие высшее немедицинское образование: физики, биологи, химики и другие. Что совершенно справедливо.
По 8-му пункту. Обязанность производства экспертизы возлагается на врачей судебно-медицинских экспертов, врачей, имеющих специальную подготовку по судебно-медицинским и криминалистическим исследованиям вещественных доказательств, и других предусмотренных штатом специалистов имеющих соответствующую квалификацию и сертификат. Но в 8-м пункте написано, что «проведение криминалистических экспертиз возлагается на специалистов соответствующего профиля, имеющих соответствующую лицензию», а уважаемое гособвинение нам говорит, что на врачей. Ну, из этого документов этого совершенно не следует.
Следующий пункт вообще… «возлагается на на провизоров, химиков с высшим образованием, имеющих специальную подготовку»… Таким образом, совершенно неправомерно говорить, что из приложенных документов вытекает возможность для конкретного эксперта Иваненко проводить судебно-баллистическую экспертизу. Ничего подобного. И не следует толковать таким образом, что эксперт-врач может проводить…Зачем вызывали взрывотехника, зачем вы вызывали автотехника? По такой логике, эксперт-врач может проводить все эти экспертизы.
Теперь, уважаемый суд, непосредственно к возражениям.
Уважаемый суд, мы говорили и утверждаем и говорим, что заключение эксперта не обоснованно.
Эксперт пишет, что приходит к выводу о том, что, возможно, это выстрел из автомата АК-47, исходя из формы, видов размеров повреждения дефектов материала. Какой формы, какого вида, какого размера какого повреждения материала?. Это все должно быть обосновано.
Вот, пожалуйста «в результате всех повреждений дефект материала составил 6 мм». Где именно, в каком именно пункте? Опять же, ну мы все прекрасно знаем, что любая пуля имеет коническую форму. Где-то у нее может быть 6 мм, где-то у нее может быть доля миллиметров, например, в кончике. И пуля может оставить след в зависимости… я, конечно, не специалист, но, надеюсь, вы поймете, о чем я говорю, в зависимости от того, как именно она вошла в соответствующий материал, может быть и 3 мм, и 4 мм, и 5 мм и 6. И вот эти все вопросы нуждаются в дополнительном исследовании.
Если эксперт пишет… Пожалуйста, сейчас, одну минутку…
Вот в пункте 1-м, пожалуйста:
«Повреждение полиэтилена и бумаги неправильной овальной формы размером 17 на 8 мм». Это пункт 1-й исследовательской части. 17 на 8 мм. Что, это не может быть оставлено пулей размером 7, 62? Да конечно может!
Далее, нас упрекают в том, что мы неправильно сообщили о обстоятельствах дела, изложенных. Но я просто переписал обстоятельства дела из соответствующего пункта в экспертизе.
Я, честно говоря, это постановление ну смотрел, конечно, но не при написании этого ходатайства, а зачем оно мне?
Вот обстоятельства дела, Здесь написано «выстрел в голову» . Так как же уважаемый эксперт делает выводы о повреждениях документов, находящихся в нагрудных карманах, может быть, в карманах брюк? Как написано, так я и пишу.
Поэтому я полагаю, что возражения гособвинения здесь необоснованны. Вопросы, безусловно, эксперту задать следует. Это экспертное заключение на наш взгляд, оно является просто недопустимым доказательством.
Но, возможно, эксперт нам что-то разъяснит, тогда , может быть, и вопросы отпадут. Но на сегодняшний день оно необоснованно и его выводы никак не связаны с обстоятельствами дела и никак не опираются на исследовательскую часть.
Ну вот, опять же, приведу пример. Кроме первого пункта, во всех остальных пунктах «не обнаруживается никаких следов выстрела» Никаких! Эксперт об этом пишет.
В результате он делает выводы, что эти повреждения оставлены огнестрельным оружием.
Может быть ему это и ясно, как специалисту, если он специалист соответствующего профиля, но нам неясно.
Поэтому вопросы наши к эксперту не надуманы, направлены не на затягивание, а на полное и объективное исследование настоящего дела.
Поэтому я прошу возражение отклонить.
Ну что касается приобщения, то я уже сказал. На сегодняшний день эти документы не соответствуют требуемой форме. Это всего-навсего ксерокопии.
И когда будут представлены по крайней мере на обозрение документы соответствующей формы с соответствующими печатями и подписями, тогда можно будет вести вопрос об их приобщении.
Пожалуйста, дополнение.
АГ: Дмитрий Владимирович говорил о том что весьма спорным является то, может ли быть врач Иваненко широким специалистом в области широкого круга криминалистических экспертиз. Это одна сторона вопроса и мы даже не столько это обстоятельство хотели бы… на это обстоятельство обратить внимание ваше, нежели на другое. Что все-таки нам, почему мы желаем, чтобы он был допрошен, нам представляется, что сам анализ который проведен, исследования, проведенное этим экспертом, оно является весьма и весьма поверхностным
Выводы делаются на основе таких незначительных обнаруженных повреждений которые могут быть… данные повреждения ведь могут быть… могли быть причинены и совершенно другими какими-то видами орудий и он в данной ситуации этого обстоятельства никаким образом не оговаривает.
Вот, скажем, если пункт 2-ой этого же исследования, где говориться, что в исследовании представлено заламинированное свидетельство о регистрации транспортного средства, на нем имеются буровато-красного цвета пятна, а у наружного края свидетельства имеется сквозное повреждение в виде дефекта материала неправильной овальной формы размером 15 на 16.
Никаких иных других признаков огнестрельного причинения данного повреждения он не описывает, он это, наоборот, сам признает, что не было обнаружено дополнительных факторов выстрела, в том числе, указывает, порошинок. и не говорит о том, насколько оно (неразборчиво).
Даже вот и дальше речь идет об инфракрасных лучах. И здесь также не выявлено каких-либо участков поглощения лучей, не выявлено.
При исследовании с помощью прибора «Таран 63» также «не выявлено каких либо признаков». Так вы понимаете, что в данной ситуации по существу в основу вывода об огнестрельности повреждения данного сделано только на одном обстоятельстве: что имеется это повреждение.
Но мы и так это видим на фотоснимках, что повреждение на самих этих имеется.
Но необходимо же приложить в основу какие-то дополнительные обстоятельства и факторы, которые бы об этом свидетельствовали и были бы научно обоснованы.
Вот этого научного обоснования здесь нет. Мы и хотели бы, чтобы эксперт в данной ситуации разъяснил свое заключение. Что положено в основу: толи обстоятельства дела, а здесь как раз об этом идет речь, что во многом выводы сделаны на основе обстоятельств дела, которые были ему изложены в постановлении о назначении этой экспертизы. При таких обстоятельствах считать, что данное заключение эксперта Иваненко является полным научно обоснованным на мой взгляд, не имеется оснований и требуется его разъяснение при допросе в суде.
Думаю, это предусмотрено все в ходатайстве (какое-то имя неразборчиво) и ссылка на закон, который обязывает при неясности, при недостаточной научной обоснованности заключения экспертизы допросить этого эксперта или назначить новую повторную экспертизу. Пока повторной экспертизы мы не просим. Считаем, что это лицо должно быть допрошено в судебном заседании.
Стороны больше не желают высказаться по данному вопросу?
С: Выслушав мнения сторон, изучив заявленное ходатайство, а также возражения и приложенные к нему документы, суд, совещаясь на месте, постановил:
Согласно имеющимся в деле заключениям, исходя из дополнительно представленных стороной обвинения доказательств, компетенция эксперта, как и его полномочия, связанные с производством криминалистической экспертизы по данному делу, сомнений не вызывает. Каких-либо достаточных обоснований необходимости вызова и допроса эксперта стороной защиты суду не представлено.
Что же касается изложенных в заключении выводов эксперта. Вопреки мнению стороны защиты каких-либо противоречий они не содержат и подлежат оценке сторонами в прениях, а судом при принятии окончательного решения по делу.
Заявление стороны защиты о подложности представленных государственными обвинителями документов является необоснованным и, учитывая наличие соответствующего запроса, не вызывает сомнений. В данной связи каких-либо препятствий к их приобщению к материалам дела не имеется. В данной связи как ходатайство, так и возражения с представленными документами приобщаются к материалам уголовного дела.
Сторонам что-то непонятно?
-Ваша честь, непонятно, кто говорит о подложности этих документов?
-Дмитрий Владимирович.
-Да ну, Ваша честь.
Можно прослушать аудиозапись. О подложности там речи не шло.
Зачем же вы нас обвиняете в таких грехах, что мы будем говорить о подложности.
Говорили о ненадлежащем их оформлении, о какой подложности.
Тогда мне непонятна мысль со стороны о каком ненадлежащем оформлении может идти речь, если они поступили по факсу? Каким образом.
Насколько я знаю, доказательствами являются подлинники документов, а не их копии. Именно подлинники, а не факсимильные копии.
Соответственно я так понял, что речь шла о подложности документов, что данные документы не соответствуют действительности.
Слово «подложности» не прозвучало речь шла совершенно о других вещах, о которых (прерван собеседником).
Тогда попрошу разъяснить еще раз.
Так решение принято, Ваша честь.
Я полагаю, что обвинение защиты в том, что защита обвиняет сторону обвинения, в данном случае свидетельствует просто о заинтересованности суда.
Мы изложили все совершено понятно, слово «подложность» не фигурировало. Мы всего лишь навсего говорили о том, что документы должны содержать соответствующие реквизиты: печать синего цвета, подпись, число. Этого не представлено. Представлены ксерокопии, непонятно каким образом попавшие.
Ну вы сомневались в их подлинности, правильно?
Но я не заявлял о подложности.
А как можно расценить? Суд расценил так, как Вы заявили.
Конечно.
Исходя из имеющегося в деле запроса и из того, что они получены по факсу, ни о какой печати речи быть не может. Вы как человек, знакомый со средствами связи, не можете этого не понимать.
Соответственно, я понял так, что Вы заявляете о том, что они не соответствуют действительности.
(неразборчиво)
Не соответствуют по форме, Ваша честь, вот о чем заявлено – о том, что они не соответствуют по форме и правилам ведения такого рода документов, в том числе и по факсу. Ну и что, если по факсу они переданы, это, уже бесспорное доказательство, что они…
По факсу мы приобщали документы, это не являлось совершенно основанием для отвода .
Только не доказательства!
Короче, решение принято. Все понятно?
Мы удовлетворены, Ваша честь.
Нет, я хочу внести возражения на действия председательствующего.
Пожалуйста.
Я считаю, что бывают и подложные документы, и фальсифицированные документы, и документы, в которых содержится состав уголовного преступления. Но в данном случае защита о подложности документов не заявляла и такое толкование суда… неправильное. Скажем так вежливо, оно неправильное.
Ну тем более, суд перестраховался, скажем так тогда.
Нет, ну почему, ну Ваша честь. Я, конечно, не могу советовать суду выбирать выражения, но зачем так-то? Если мы говорим о подложности, мы в этом случае прямо так и скажем. Я всего лишь навсего имел в виду, что эти документы вызывают у меня сомнения, потому что а)…
Сомнения по достоверности?
Ну разумеется, и в достоверности, и по обстоятельствам их получения. Они не соответствуют принятому, в том числе и в нашем судебном заседании, порядку. Бывают исключения, вот о которых мы говорили.
Хорошо, тогда внесем уточнение в постановление: заявления о недостоверности. Не о подложности, а о недостоверности. Устраивает Вас такое?
В связи с тем, что документы представляют из себя факсовые копии. Вот надо конкретно.
Хорошо. Принимается, Дмитрий Владимирович.
Сторонам решение суда понятно?
Переходим к обсуждению второго ходатайства, заявленного Ириной Викторовной по поводу исключения из числа доказательств вещественного доказательства, правильно я говорю? Пожалуйста.
ВТ: 1 августа 2007 года (неразборчиво) адвокат Кузнецовой () об исключением из числа доказательств документов и рапорта свидетеля Супряткина, постановления о производства выемки, протокола выемки, протокола осмотра предметов, постановление о приобщении предметов в качестве вещественных доказательств, а также сомнительных вещественных доказательств: государственного номерного знака, покрышки от колеса БТР, элементов растяжки в связи с допущенными, по мнению стороны защиты, нарушений при их изъятии и оформлении.
Полагаем, что данный () не может быть удовлетворен на следующем основании:
Соответствующая экспертиза статьи 9 части 4 статьи 164 Уголовно-процессуального кодекса, производство следственных действий, содержащих опасных для жизни и здоровья, не допускается.
Согласно показаниям допрошенного в судебном заседании свидетеля Супряткина, 15 января 2003 года он выехал вместе с оперативной группой по сигналу о похищении человека. По прибытии на место происшествия, на проселочной дороге в сторону аэропорта Северный был обнаружен горящий автомобиль КАМАЗ.
Поскольку было темное время суток (около 19 часов) и существовала реальная угроза для жизни и здоровья участников оперативной группы, он, по согласовании с руководством, в целях обеспечения сохранности забрал с места происшествия обнаруженные покрышку, проволоку с чекой и кольцом, а также () переднего ()с автомобиля, который …Данные предметы в последующем были доставлены в РУВД.
В дальнейшем на основании постановления следователя обнаруженные предметы были выделены им в ходе выемки 17 января 2003 года ().
Указанные обстоятельства обнаружения и изъятия данных предметов также были подтверждены другими допрошенными по делу свидетелями (фамилии) При этом каждый из них пояснил, что ни водителя, ни пассажира в автомобиле КАМАЗ они не обнаружили, о совершении их убийства в тот момент ничего не знали.
При таких обстоятельствах оснований для немедленного возбуждения уголовного дела и выполнения отложенных следственных действий нет.
В связи с этим указания со стороны защиты в ходатайстве об отсутствии в протоколах осмотра места происшествия сведений об изъятии данных предметов беспочвенны, поскольку на момент проведения осмотра 16 января 2003 года они на месте происшествия уже не находились и не могли быть оттуда изъяты. Сам Супряткин не входил в состав следственной группы по данному уголовному делу и выполнение следственных действий в соответствие с пунктом 4 статьи 38 ему не поручалось.
Рапорт Супряткина об обнаружении им возле горящего автомобиля КАМАЗ предметов в соответствии с пунктом 6 части 2 статьи 94 и части 1 статьи 84 относится к иным документам, которые являются доказательствами по делу. Указанный рапорт не является рапортом об обнаружении признаков преступления и требования статьи 143 на него не распространяются. Он составлен по результатам оперативно–розыскных мероприятий, о чем прямо в нем и указано.
Именно с учетом этих обстоятельств данный рапорт () осмотра () имеется в материалах дела, что не противоречит требованиям уголовно-процессуального законодательства.
Кроме того, каких-либо нарушений в ходе производства выемки предметов следователем самого Супряткина со стороны защиты не приведено, как и не приведено их в части проведения осмотра изъятых предметов.
Помимо этого, процессуальные документы, а именно: постановление о производстве выемки, постановления о приобщении в качестве вещественных доказательств не являются доказательствами по делу, и , соответственно, не могут быть из их числа исключены.
Оспаривание процессуальных решений следователя осуществляется порядке главы 16 УПК РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 82 упаковка и опечатывание вещественных, которые в силу громоздкости не могут храниться при уголовном деле производится по возможности и не является обязательной
Несмотря на ссылку со стороны защиты, что согласно справки государственного () института в 19 часов 15 января 2003 г на территории города Грозного была полная темнота и, соответственно, Супряткин не мог ничего обнаружить и изъять с места происшествия, это тоже беспочвенно, поскольку как сам Супряткин, так и другие лица указывают, что в результате пожара автомобиля и он сам, и прилегающая местность были освещены, при этом пламя было заметно с расстояния более полутора км.
На основании изложенного полагаем, что в удовлетворении ходатайства со стороны защиты о признании вышеуказанных доказательств недопустимыми и исключениями из числа доказательств, подлежащих предъявлению в суде, надлежит отказать.
Все?
Все, Ваша честь.
Передайте, пожалуйста, стороне защиты, передайте.
Есть у Вас что сказать?
Уважаемый суд, я настаиваю на своем ходатайстве (). Что?
Копия есть у Вас, так?
Да
Все.
Тем не менее несмотря на мнение стороны обвинения, я остаюсь при своем мнении.
Спасибо.
Стороны не желают больше высказаться по данному ходатайству?
Значит, совещаясь на месте, суд постановил, что поскольку данные доказательства содержат ссылку на обстоятельства, подлежащие оценке при постановлении окончательно решения по данному совещательному комплексу, решение по данному ходатайству будет соответствующим образом принято при принятии окончательного решения по делу.
Пожалуйста, Дмитрий Владимирович.
ДА: В данном случае возражаю против действий председательствующего. Ходатайства должны разрешаться немедленно после заявления в соответствии со статьей 81 частью 2.
Пожалуйста. Сторона защиты представляет доказательства. Не готовы еще ()?
Пока нет, Ваша честь.
Хорошо, присядьте.
Пожалуйста, сторона защиты представляет доказательства, пожалуйста, Худяков.
Ваша честь, дополнение возражение можно?
Закончили мы уже обсуждение. Попрошу успевать. Присядьте, пожалуйста.
ДА: Уважаемый суд!
Возвращение вчерашней темы, поэтому ходатайство не будет, что называется, с нуля. Речь пойдет в том числе и об оглашении документов.
Ходатайство о признании доказательств недопустимыми и исключении доказательств из перечня доказательств, предъявляемых в судебном разбирательстве. Но я думаю, стороны не будут возражать, если я некоторые моменты буду опускать и в частности я не буду повторно цитировать выдержки из обвинительного заключения, например.
Копии имеются у сторон?
Да.
Продолжайте, пожалуйста.
Итак.
«Затем Худяков и другие военнослужащие возвратились к автомобилю КАМАЗ». Обращаю внимание что как указано в оглашенном в судебном заседании протоколе осмотра места происшествия на месте происшествии обнаружено и изъято 5 гильз калибра 7,62. Из лиц, находившихся по версии обвинения на месте происшествия, таким оружием был вооружен лишь свидетель Цупик.
Таким образом, исходя из текста обвинительного заключения, в действиях Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Головина, совершенных ими по версии обвинения, усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного статьей 33 часть 5, 105 часть 2 пунктами а ) и ж) и 162-й к) и ф). Кроме того, в действиях Цупика, совершенных им по версии обвинения в части обстрела военнослужащих воинской части 6775, усматриваются признаки состава преступления, предусмотренных статьей 30 части 3 и 105-й части 2 пунктами а) и ж), то есть два эпизода.
При этом ссылка на то, что Андреев, Милов, Искалиев, Ермаков, Цупик, Кулаков, Головин выполняли приказ своего командира Худякова не может быть принята судом, так как в соответствии со статьей 42 часть 2-й лицо, совершившее воинское преступление при исполнении заведомо незаконного приказа или распоряжения, несет уголовную ответственность на общих основаниях.
Ну, в Северо-Кавказском суде соответствующее решение было принято по делу, правда, пока не вступило в законную силу.
В материалах уголовного дела в томе 7 на листе дела 226, 227 имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова и Головина, вынесенное заместителем начальника следственного отдела при военной прокуратуре УГВС подполковником юстиции Хорошуном.
В этом постановлении Хорошун, отказывая в возбуждении уголовного дела в отношении Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова и Головина, также усматривает в их действиях признаки состава преступления, предусмотренные статьей 33 часть 5, 105 часть 2, 162 часть 2 УК РФ, при этом постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено 22 сентября 2003 г, то есть значительно позднее допроса всех указанных лиц в качестве свидетелей, а в томе 7 на листе дела 234 и 235 имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Цупика, вынесенное тем же лицом, и это лицо, следователь Хорошун, также усматривает в его действиях признаки состава преступления, предусмотренного в статье 30-й части 3, 105 части 2 Уголовного кодекса Российской Федерации., то есть здесь ничего нового защита не усмотрела. Это усматривалось и следователем.
При этом постановление в отказе о возбуждении уголовного дела вынесено лишь 22 сентября 2003 г, то есть значительно позднее допроса Цупика в качестве свидетеля.
В томе 7 на листе дела 233, 234 имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Чурина, вынесенное заместителем начальника ИСО при военной прокуратуре подполковником юстиции Хорошуном. В этом постановлении Хорошун, отказывая в возбуждении уголовного дела в отношении Чурина, усматривает в его действиях признаки состава преступления, предусмотренного статьей 316 Уголовного кодекса,. Постановление об отказе также вынесено 22 сентября, значительно позднее допроса Чурина в качестве свидетеля.
На что следует обратить внимание в данном случае: при этом в качестве основания отказа в возбуждении уголовного дела в отношении Чурина указывается его активная помощь следствию, так называемые признательные в кавычках показания об убийстве Худяковым () и Хасанов, а также о якобы имевшем место незаконном задержании Юнусова.
Следует отметить, что даже по версии обвинения Чурин не являлся очевидцем ни убийства () Хасанова, ни задержания Юнусова.
Таким образом, даже из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Чурина усматривается, что освобождение Чурина об уголовной ответственности было поставлено в зависимость от дачи им на следствии показаний.
Ну, в материалах дела имеется подписка о невыезде в отношении Чурина и много чего еще, что совершенно не соответствует статусу свидетеля.
На стр 4 обвинительного заключения по делу Аракчеева и Худякова есть блок в отношении Юнусова, а также свидетелей Милова, Искалиева и Ермакова.
Милова.
А?
Милова, я нас с вами поправлял.
Ну, я не присутствовал при его допросе, поэтому не знаю, как правильно. Думаю, что он нас извинит.
Таким образом, исходя из текста обвинительного заключения, в действиях Милова, да? Искалиева и Ермакова, совершенных ими по версии обвинения усматриваются признаки открытого хищения чужого имущества, то есть преступления, предусмотренного статьей 161 часть 2. При этом ссылка на то что Милов, Искалиев и Ермаков выполняли приказ своего командира Худякова не может быть принята судом, так как в соответствии со статьей 42 часть 2 Уголовного кодекса лицо, совершившее умышленное преступление при исполнении заведомо незаконного приказа или распоряжения несет уголовную ответственность на общих основаниях.
В материалах уголовного дела в томе 7 на листе 236, 237 имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении только Милова и Искалиева, без Ермакова. Вынесенное постановление зам начальника ИСО при военной прокуратуре полковником юстиции Хорошуном.
В этом постановлении Хорошун отказывая в возбуждении уголовного дела в отношении Милова и Искалиева, усматривает в их действиях признаки состава преступления, предусмотренного статьей 158-й части 2 пунктом а), хотя по обстоятельствам дела все вроде происходило открыто.
При этом постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено 22 сентября 2003 г, то есть значительно позднее допросов Милова и Искалиева в качестве свидетелей.
В томе 3 на листе дела 15 имеется письмо за подписью военного прокурора ОГВС полковника юстиции Мокрицкого командующему группировкой ВВ (внутренних войск) МВД РФ в Северо-Кавказском регионе генерал-лейтенанту Абрашину от 7 февраля 2003 года о прикомандировании к воинской части 20102 при прокуратуре ОГВС военнослужащих воинской части 3186 Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Чурина, Головина, Худякова, Малыхина, Баркалова, Козлова, Свиридова, Юдина, Сидорюка (список приведен в томе 3 на листе дела 16) в связи с расследованием военной прокуратурой уголовного дела № 34330043-03 по факту обнаружения трупов граждан Шамбекова, Идулбаева и Хасанова.
При этом в письме Мокрицкого указано, что прикомандирование военнослужащих воинской части 3186 согласно приведенного списка необходимо в связи с рассмотрением
версий о причастности этих военнослужащих к совершению преступлений и на срок до принятия в отношении их соответствующего решения по уголовному делу № 34330043-03
Ну ничего себе свидетели. То, что я вчера говорил, уважаемый суд.
Таким образом, официальными властями в отношении военнослужащих воинской части 3186 Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Чурина, Головина, Тупикова, Малыхина, Баркалова, Козлова, Свиридова, Юдина, Сидорюка были предприняты меры, реально ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, включая свободу передвижения, что обусловило их фактическое нахождения в статусе подозреваемых по уголовному делу № 33430043-03.
В абзаце 4-м части 2-й постановления Конституционного суда № 11П от 27 июня 2006 г. Ой, 2000 г, прошу прощения, указано: по смыслу положений, закрепленных в статьях 2, 45, 48 конституции РФ, право на получение юридической помощи гарантируется каждому лицу независимо от его формального процессуального статуса, о чем вчера говорило гособвинение, в том числе и от признания задержанным и подозреваемым, если правомочными органами власти в отношении этого лица предприняты меры, которыми реально ограничивается свобода и личная неприкосновенность, включая свободу передвижений.
Удержание официальными властями, принудительный привод или доставление в органы дознания и следствия, содержание в изоляции без каких-либо контактов, а также какие-либо иные действия, существенно ограничивающие свободу и личную неприкосновенность.
Все эти факты налицо, даже еще более. Мы можем доверять свидетелям, что их держали в камерах и прочее, можем не доверять, это другой вопрос. Но то, что они были прикомандированы по решению официальных властей – это факт, он в деле имеется.
Таким образом, Конституционный суд не связывает нахождение лиц в статусе подозреваемых с признанием за этими лицами такого статуса правомочными органами власти, и эта позиция Конституционного суда высказана уже неоднократно
Чтобы не приводить решения, не раз это уже было повторено.
В судебном заседании стороной обвинения не представлены сведения о том, что в отношении Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цкпика, Кулакова, Чурина, Головина отказано в возбуждении уголовного дела. Если отказано, то по каким мотивам.
Какие-либо сведения об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Малыхина, Баркалова, Козлова, Свиридова, Юдина, Сидорюка не только не представлены в суд, но и вовсе отсутствуют в материалах уголовного дела, с которыми можно ознакомится.
Несмотря на ссылку в обвинительном заключении на якобы имеющийся отказ в возбуждении уголовного дела в отношении Цупика на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ по эпизоду обстрела военнослужащих воинской части 6775 в судебное заседание документы такого процессуального решения не представлены.
Таким образом, указанные лица, а именно: Андреев, Милов, Искалиев, Ермаков, Цупик, Кулаков, Чурин, Головин, Малыхин, Баркалов, Козлов, Свиридов, Юдин, Сидорюк на момент производства предварительного расследования находились в статусе подозреваемых, однако при этом были допрошены как свидетели, что незаконно, и существенно сузило круг предоставленных им прав, гарантированных им как подозреваемым статьей 46, а также считаем, что обусловило дачу ими или подписание ими заведомо ложных показаний с целью самим избежать уголовной ответственности.
При этом все указанные лица были лишены возможности воспользоваться помощью адвоката, за исключением Цупика и Кулакова, с которыми, как усматривается из
имеющихся в томе 3 на листе 24 дела () было заключено соглашение с адвокатом Цуровым на их защиту на предварительном в суде по статье 105-й. Заключение такого соглашения дополнительно подтверждает нахождение Цепика и Кулакова в момент производства следственных действий в статусе подозреваемого. Хотя дополнительных доказательств, на наш взгляд, и не нужно.
При этом, как усматривается из ордела №1689 от 9 марта 2003 г, соглашение было заключено не на оказание юридической помощи как свидетелям, а именно на защиту их на следствии и в суде по стаье 105, то есть в качестве подозреваемых, обвиняемых и подсудимых. Это указано в ордере, сведения взяты именно оттуда.
Однако в судебном заседании по инициативе стороны обвинения были оглашены показания Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Головина, Чурина, Козлова, Юдина на предварительном следствии, а также исследованы ряд протоколов иных следственных действий с их участием.
Кроме того, Милов, Искалиев, Цупик, Кулаков, Головн. Чурин Малухин, Сидрюк были допрошены по инициативе стороны обвинения в судебном заседании.
При этом во всех следственных и судебных действиях эти лица участвовали как свидетели, что не соответствовало их реальному процессуальному статусу как подозреваемых.
Таким образом, допросы подозреваемых граждан Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Чурина, Головина, Малыхина, Бвркалова, Козлова, Свиридова, Юдина, Сидорюка в ходе проведения предварительного расследования, были выполнены с нарушением положений статьи 46 УПК РФ и постановления Конституционного суда № 11П от 27.06.2000 г.
В соответствии со статьей 73 части 1 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию в частности события преступления, виновность лица в соврешении преступления, формы () и мотивы.
В соответсвии статьи 74 части 1 доказательствами по делу являются любые сведения, на основании которых суд в порядке, определенном УПК, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств , подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.
Уважаемый суд!
Наличие граждан в статусе подозреваемых, а не свидетелей имеет самое существенное значение для дела, потому что у подозреваемого задача спасти себя, а у свидетеля – сообщить соответствующие сведения. У подозреваемого совершенно другой объем прав, чем у свидетеля, и вообще, незачем дальше объяснять разницу между статусом подозреваемого, особенно но по 105-й статье, и свидетеля, а в некоторых - по двум эпизодам 105-й статьи. Ну, как говорится, мало не покажется.
В соответствии со статьй 88-й УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.
При этом в случае чати 2 статьи 75 УПК РФ суд признает доказательства недопустимыми.
В соответствии со статьей 47 подсудимый вправе защищать свои права и законные интересы всеми способами, не запрещенными законом. Одной из форм защиты прав и законных интересов подсудимого является постановка вопроса о признании доказательств недопустимыми в соответствии со статьей 285 часть 1 протоколы следственных действий, в также иные документы, приобщенные к уголовному делу, а не принесенные откуда-то защитой, могут быть оглашены в судебном заседании, если в них изложены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Здесь они имеют важнейшее значение для уголовного дела.
В связи с изложенным, в соответствии со статьей 47 часть 2, 3, 4 пункт 21, 53, 73 часть 1, 74 часть 1, 75, 88 статьи 285 часть 1 прошу огласить в судебном заседании:
1) постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Головина от 22 сентября 2003 г.
2) постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Чурина от того же числа,
постановление в отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Цупика от того же числа,
постановление в отказе о возбуждении уголовного дела в отношении Милова и Искалиева от того же числа
5) письмо за подписью военного прокурора ОГВС полковника юстиции Мокрицкого командующему группировки внутренних войск МВД в Северо-Кавказском регионе генерал-лейтенанту Абрашину от 7 февраля 2003 года об откомандировании к
воинской части 20102 прокуратуре ВС военнослужащих согласно списка том 3-й на листе дела 15, 16.
В данных документах изложены сведения об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, на основании которых принято решение о правовом статусе Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Головина и Чурина, ранее допрошенных по делу в качестве свидетелей, а, кроме того, указан момент принятии такого решения.
Кроме того, в данных документах изложены сведения об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела в отношении Малыхина, Баркалова, Козлова, Свиридова, Юдина, Сидорюка, решение о правовом статусе которых не принято до настоящего времени, ну, по крайней мере, сведения об этом отсутствуют.
В связи с изложенным, в соответствии со статьей 46 и 75 части 1-й УПК РФ и постановления Конституционного суда РФ № 11П от 27.06.2000г. , статьи 50-й части 2-й Конституции РФ прошу признать соответственно недопустимыми доказательствами:
Протокол допроса Цупика от 13 апреля 2003 г.,
Протокол допроса Кулакова от 16 апреля 2003 г.,
Протокол допроса Милова от 16 апреля 2003 г.,
Протокол проверки показаний на месте участием Милова от 18 апреля 2003 г.,
Протокол допроса Головина от 17 апреля 2003 г.,
Протокол проверки показаний на месте с участием Головина от 18 апреля 2003 г.,
Протокол допроса Чурина от 22 аперля 2003 г.,
Протокол допроса Свиридова от 7 марта 2003 г.,
Протокол допроса Козлова от 7 марта 2003 г..
Протокол допроса Кулакова от 9 марта 2003 г.,
Протокол проверки показаний на месте с участием Кулакова от 14 марта 2003 г.,
Протокол допроса Цупика от 10 марта 2003 г.,
Протокол допроса Сидорюка от 20 марта 2003 г.,
Протокол допроса Малыхина от 20 марта 2003 г.,
Протокол допроса Юдина от 20 марта 2003 г.,
Протокол допроса Свиридова от 20 марта 2003 г.,
Протокол допроса Козлова от 22 марта 2003 г.,
Протокол дополнительного допроса Милова от 23 марта 2003 г.,
Протокол допроса Ермакова от 24 марта 2003 г.,
Протокол допроса Чурина от 24 марта 2003 г.,
Протокол допроса Искалиева от 28 марта 2003 г.,
Протокол допроса Чурина от 13 марта 2003 г.,
Протокол проверки показаний на месте с участием Цупика от 13 марта 2003 г.,
Протокол допроса Андреева от 13 марта 2003 г.,
Протокол допроса Головина от 15 марта 2003 г.,
Протокол допроса Чурина от 15 марта 2003 г.,
Протокол допроса Милова от 19 марта 2003 г.,
Протокол дополнителоьного допроса Ермакова от 24 апреля 2003 г.,
Протокол очной ставки Аракчеев – Милов от 24 апреля 2003 г.,
Протокол дополнительного допроса Искалиева от 16 апреля 2003 г.,
Протокол очной ставки Аракчеев – Головин от 24 апреля 2003 г.,
Протокол очной ставки Аракчеев – Кулаков от 24 апреля 2003 г..
Протокол очной ставки Аракчеев – Цупик от 25 апреля 2003 г.
Протокол очной ставки Худяков – Цупик от 23 апреля 2003 г.,
Протокол следственного эксперимента с участием Ермакова от 29 апреля 2003 г.,
Протокол следственного эксперимента с участием Головина от 29 апреля 2003 г.,
Протокол следственного эксперимента с участием Андреева от 29 марта 2003 г.,
Протокол дополнительного допроса Андреева от 17 мая 2003 г.,
Протокол очной ставки Аракчеев – Андреев от 24 мая 2003 г.,
Протокол очной ставки Худяков – Головин от 27 мая 2003 г.,
Протокол очной ставки Худяков – Андреев от 27 мая 2003 г. И
И протокол очной ставки Головин – Тихомиров от 9 июня 2003 г.
Соответственные тома и листы дела указаны.
Признать их недопустимыми доказательствами и исключить их из перечня доказательств, предъявляемых в судебном разбирательстве по уголовному делу по обвинению Аракчеева в совершении преступлений, предусмотренных статьями такими-то, и Худякова в совершении преступлений, предусмотренных соответственно статьями такими-то.
То есть ходатайство, как вы обратили внимание, оно включает в себя о оглашении и признании.
Оглашение прошу сделать незамедлительно, ну а признание тоже незамедлительно. Ну это уже как суд решит.
Незамедлительно – нет возражений, если… Предоставите стороне?
Предоставили. Заранее.
Если как говорится, после того, как мы это все обсудим, суд решение примет… Примет?
Незамедлительно.
Ну, незамедлительно после принятия решения.
Нет возражений? Хорошо.
Получила стороны обвинения?
Возражений нет, Ваша честь.
Читать долго будете?
(неразборчиво)
Делов том, что поскольку в данном разбирательстве ряд документов изложен стороной защиты неточно…
Возможно, Ваша честь.
…могут быть какие-то еще дополнения, связанные с чисто техническими ошибками, прошу прощения, что я вмешался.
Я, конечно, понимаю, что это техническая ошибка – прикомандирование нее было в военной прокуратуре войсковая часть 20102, а поскольку этот документ уже исследовался в судебном заседании и я позволю себе на нем остановиться
Воинских частей объединенной группировки войск…
Я порошу следить внимательно за вопросами суда и отвечать на вопросы суда, а вы уже как говорится, приступили к обсуждению
Я вас просто спросил, сколько вам необходимо времени для подготовки. Если нет необходимости готовиться,
Необходимости нет. Но я как раз просто объяснял, почему нам необходимо время для того, чтобы провести сверку с нашими записями основных документов.
Это нам потребует не менее часа. Вот эту мысль я и хотел бы довести.
Понятно.
Значит, тогда обсуждение данного ходатайства отложено до ознакомления прокурором и до подготовки их.
Пока продолжим дальше.
Пожалуйста, сторона защиты, есть что-то еще?
Ваша честь, можно перерыв на 10 минут?
Как скажете. Пожалуйста, 10 минут перерыв.
[Аудиозапись 070802_3]
Цибульник: - Продолжается судебное заседание. Пожалуйста, сторона защиты.
Аракчеев: - Ваша честь, у меня заявление.
Цибульник: - Пожалуйста.
Аракчеев: - Судье Северо-Кавказского военного окружного суда полковнику юстиции
Цибульнику от Аракчеева С. заявление: « В соответствии со статьей … статьей 52 частью первой УПК РФ повторно отказываюсь от услуг адвоката Кириленко Владимира Ивановича. До настоящего времени между мной и Кириленко отсутствуют доверительные отношения, никакого участия в моей защите он не принимает, его позиция по делу противоречит моей позиции и интересам. Кроме того, адвокат Кириленко периодически отсутствует на судебных заседаниях по неизвестным мне причинам, не уведомляя меня о своем отсутствии. В частности, по неизвестным мне причинам Кириленко Владимир Иванович отсутствует на судебных заседаниях 1 и 2 августа 2007 года»
Цибульник: - Все?
- Да.
Цибульник: - Что-то еще будет со стороны защиты?
- Хочу пояснить, что в соответствии со статьей 52 в любой стадии процесса подсудимый может заявить суду свое желание о привлечении какого-то адвоката, также и об отказе от услуг какого-либо адвоката, который его не устраивает.
Цибульник: - Понятно, спасибо. Что-то у защиты еще будет? Пожалуйста.
- Со стороны защиты ходатайствую перед судом об оглашении показаний Берелидзе том 11-й лист дела 98-40, том 19-й лист дела 97-120, а также показаний Русинова том 19 лист дела 84-91 и показаний Максимова том 17, лист 208 и 240.
Цибульник: - Письменно?
- Нет, устно.
Цибульник: - Мнение стороны?
- Ваша честь, мы возражаем против оглашения, поскольку (…). Оснований для оглашения не имеется.
Цибульник: - Давайте тогда конкретно по каждому (…). Готовы обсудить? Пожалуйста.
Кузнецова: - Уважаемый председательствующий, я считаю, что со стороны защиты исчерпаны все исчерпывающие (…) Мы подавали запросы (…) Максимов, собственно, уволен из воинской части 3186 (?)
Цибульник: - Ирина Викторовна, не возражаете, если вы письменно укажете, кого огласить, какие тома и какие листы дела? Почему – потому что на слух воспринять для меня это сейчас достаточно тяжело. Нет возражений?
- Нет возражений.
Цибульник: - Тогда пожалуйста, прошу, напишите, ну? Желательно.
- Я пока могу сдать (…), а потом представить суду?
Цибульник:- Давайте, сначала напишете, а потом заявите, обсудим. Нет возражений?
- Может, совместить это с подготовкой возражений на предыдущее ходатайство? Для экономии времени?
Цибульник:- Ну это, как говорится, если прокуратура готова дать свое мнение без предварительного обсуждения, зачем мы будем заставлять что-то обсуждать, правильно?
- Ну да.
Цибульник:- Сейчас как будет готово письменное ходатайство, я буду посмотреть, о чем там речь, какие тома, и тогда обсудим. Еще что-то есть у стороны обвинения, какие-то ходатайства, которые необходимо передать стороне защиты, вернее, у стороны защиты, которые надо передать стороне обвинения для обсуждения? Нет?
- Ваша честь, на настоящее время нет. Мы и так уже заявили три ходатайства.
Цибульник:- Три? Какие?
- Заявление Аракчеева, ходатайство о признании доказательств недопустимыми и ходатайство об оглашении показаний.
Цибульник:- Нет, ходатайство о признании и оглашении – оно одно. Оно просто совместное.
- Нет, об оглашении показаний.
Цибульник:- Каких?
- Екидзе (?), Русинова и (…).
Цибульник:- И еще Зарабова(?)?
- Формально, да.
Цибульник:- Все, на сегодня исчерпали?
- Пока да. Ваша честь, УПК не предоставляет возможности оптового предоставления доказательств.
Цибульник:- Дмитрий Владимирович! Я еще раз к вам говорил и еще раз повторяю, что порядок исследования доказательств по согласованию с вами устанавливает все-таки суд. Поэтому, чтобы вы меня не вынуждали все ходатайства перед окончанием судебного следствия, как того УПК предусматривает, я попрошу вас все-таки немножечко с запасом готовить. Почему? Потому что смысл имеется только тогда, когда… вот допустим, вы заявляете-заявляете, а стороны их переварить не могут, понимаете?
- Совершенно верно.
Цибульник:- А сейчас мы имеем дело с тем, что у вас есть, но вы этого не предоставляете, в связи с чем суд простаивает. Работайте на суд, не на сторону обвинения, а на суд. Понимаете? Нет возражений? Вот то, что вчера вы заявили, мы обсудили сегодня, понимаете. То, что вы заявили сегодня, с учетом того, что мы поздно начали, необходимо, допустим, время стороне обвинения, мы будем вынуждены обсуждать завтра.
- А какие препятствия сегодня обсудить? Подольше немного задержимся.
Цибульник: - Предлагаете на час перерыв объявить?
- По согласованию со сторонами.
Цибульник: - Дмитрий Владимирович, если вы готовы до 18 ждать здесь сидеть, а после 18-ти обсуждать, то, как говорится, воля ваша.
- Ваша честь, я данном случае не хотел бы, конечно, расписываться за всех, но вы сами понимаете, что если я приехал, то мне хоть до 12. Но это не общее мнение, я его не могу высказать как официальное.
Цибульник: - Пожалуйста, еще раз… Присядьте, пожалуйста. Еще раз прошу обратить внимание сторон, что суд работает по согласованию с вами. Если вы готовы работать до 12, но до 12 у нас УПК не разрешает, то до 22-х, в принципе, суд готов вам идти на встречу, и работать позже 18-ти. Если вы не против. Все пока?
- Пока все.
Цибульник: - Пожалуйста, сторона обвинения. Копию вам не надо? Давайте тогда 5 минут перерыв сделаем.
[Аудиозапись 070802_4]
- Продолжаем судебное заседание. Сторона обвинения получила копию?
- Да, ваша честь.
- У стороны защиты на сегодня ничего больше нет? Тогда есть предложение разрешить ходатайство … заявление подсудимого Аракчеева, после чего объявить перерыв до завтра. Нет возражений?
- Ваша честь, я полагаю, что огласить показания можно было бы и сегодня.
- Мы должны как минимум выслушать сторону обвинения для того, чтобы суд принял решение…
- И выслушать можно сегодня.
- Сторона обвинения готова или завтра будет? Я просто услышал, что стороне обвинения надо час. Я правильно услышал?
- Да.
- Так, значит, что касается заявления подсудимого Аракчеева, в котором он отказывается от услуг Кириленко, поскольку между ними отсутствуют доверительные отношения, участия в защите он не принимает, его позиция по делу противоречит моей позиции и интересам. Кроме того, адвокат Кириленко периодически отсутствует на судебных заседаниях по неизвестным мне причинам, не уведомляя меня о своем отсутствии. В частности, по неизвестным мне причинам Кириленко Владимир Иванович отсутствует на судебных заседаниях 1 и 2 августа 2007 года… Внимательно ознакомившись с данным заявлением, суд считает, что удовлетворению не подлежит – начнем с конца – по следующим основаниям: причина отсутствия Кириленко 1 и 2 августа, согласно его телефонного сообщения, связана с болезнью. Что касается оправдательного документа, то (…) может придти после выздоровления данного члена судебного заседания. В настояшее время имеется сообщение, по которому доводы подсудимого в этой части являются несоответствующими материалам дела. Что касается обстоятельств назначения данного защитника и подробных обоснований отказа в удовлетворении данного ходатайства, они подробно изложены в письменном постановлении суда от 14.02.2007, где, в частности, указано, что в связи с тяжестью предъявленного подсудимому обвинения суд не обязан принимать его отказ от услуг защиты. Что никоим образом не ущемляет прав на защиту подсудимого Аракчеева, который волен заключать соглашения с любыми адвокатами – как говорится, количество защитников закон вам не ограничивает. Поэтому само участие Кириленко в судебном заседании, назначенного судом, оно не ограничивает никоим образом ваших прав на защиту. Что же касается личности самого Кириленко, то данный защитник назначен судом, в связи с чем, значит, каких-либо оснований подозревать его в недобросовестном отношении к исполнению ходатайства суда на данной стадии не имеется. В связи с чем в удовлетворении заявления подсудимого Аракчеева суд отказывает. Суть решения понятна обеим сторонам? Значит, я намеренно не обсуждал этот вопрос со сторонами, поскольку в принципе это касается только Аракчеева и его позиции, поскольку именно подсудимый волен либо ходатайствовать о допуске защитника, либо, вот как сейчас и произошло, заявлять об отказе от его услуг. В данной связи суд мотивировал как в предыдущем письменном постановлении от 14.02.2007, так и сейчас те мотивы, по которым данное заявление удовлетворено не будет. Пожалуйста.
- Ваша честь, я также хотел бы сделать заявление, что, видимо, с адвокатом Кириленко у суда более доверительные отношения – по тому, как он…
- Я вас прерываю!
- …вас уведомляет, а меня – нет.
- Я вас прерываю, попрошу, значит… Я с вами разговариваю, поэтому предлагаю суд выслушать…
- Я думал, вы меня прерываете и сажаете.
- Нет, я прерываю ваше выступление для того, чтобы обратить ваше внимание на недопустимость каких бы то ни было намеков в данной связи. Что касается уведомления суда, то любой участник процесса обязан это сделать, независимо от того, адвокат Кириленко или прокурор, допустим, Ткачев – не связано не с личностью председающего по делу, ни с личностью лица, которое обязано уведомить суд о причинах своей неявки. Пожалуйста, продолжайте.
- Ну, господин Ткачев не является моим защитником. Тут неверный пример, ваша честь. Дело в том, что Кириленко является моим защитником и он меня должен был уведомить о том, что он болен, отсутствует и будет отсутствовать. Причем мы должны были согласовать с ним позицию о возможности продолжения судебного заседания в его отсутствие. Данного не было, таких обстоятельств его отсутствия мне не было известно. Сейчас я об этом знаю только из ваших уст и именно говорю о том, что он уведомил суд, но не уведомил меня о своем отсутствии. Я не знаю, что дальше будет происходить, и как дальше защитник будет выполнять свои обязанности. В частности, я также в заявлении указал, что у нас нет доверительных с ним отношений, позицию мы не согласуем, адвокат не предоставляет мне услуг по защите и вообще юридических каких-либо услуг. Я не нуждаюсь в его юридической помощи и мне достаточно защитников, с которыми я заключил соглашения и, в частности, общественного защитника Рогозина .
- Все?
- Да, ваша честь. Именно это я хотел сказать, а не то, что…
- Суд принял ваше заявление. Решение принято. У стороны защиты каких-то доказательств еще есть? Ходатайства?
- На настоящий момент нет.
В таком случае, перерыв объявляется до … Во сколько завтра стороны готовы? Никто не мешает, никуда? Завтра у уважаемого обвинения в лице прокурора Ткачева там мероприятия какие-то в связи с праздником, нет? Препятствий для участия нет у прокурора?