[Аудиозапись 070808_1]
Оглашается явка.
С: Худяков, почему нет Кузнецовой?
Х: Заболела. Аритмия, сердце. Нарушение сердечного ритма.
ДА: Мы посоветовались со врачами, они сказали, что желательна госпитализация.
С: Мнение сторон по поводу продолжения процесса?
ВТ: Полагаем возможным продолжить.
АГ: На усмотрение суда.
С: Суд постановил продолжить. Сторона защиты что-либо желает добавить к сказанному вчера в обоснование? Нет, тогда предлагается ходатайство защитника Дулимова по поводу приобщения и оглашения к материалам дела документов.
ВТ зачитывает возражения на ходатайство.
АГ: «Сам же протокол вернуть как полученный с нарушением норм УПК». Здесь хотелось бы слышать не пустые фразы о нарушении норм УПК, а конкретные нормы, которые нарушены при составлении данного протокола. Такие доводы в возражениях отсутствуют. Эти пустые, хотелось бы даже грубее сказать, более ярко выраженные слова «для содействия закреплению документов, применение исследовательских средств при составлении документа для постановки вопросов» слышать уже стыдно, потому что мы понимаем, что эта норма существует для того случая, когда ещё идёт только предварительное расследование по делу. Тогда можно говорить о закреплении каких-то доказательств. Поэтому в этой части, где есть ссылки на ст. УПК и рассмотрение вопросов о том, специалист это или не специалист, просто говорить не приходится, поскольку при производстве этого опроса специалиста и составлении протокола этот вопрос решён, является ли данное лицо специалистом в данной области медицины, в частности, может ли разъяснить отдельные положения, которые защите представляются недостаточно ясными и полными, в т.ч. и по сравнению с теми ответами, которые давал Шатровский. Шатровский, в первую очередь, защищал своё заключение, которое даже студентам понятно, что оно не является научным, полным и обоснованным. Наверное, и суду, это ясно, что лицо, осуществившее только наружный осмотр трупа и не выполнившее требований, которые перед ним поставлены следователем прокуратуры, назначившим комплексную экспертизу, это значит экспертизу, в которой участвуют несколько специалистов, Шатровским не могла быть выполнена по определению. Как же в этой ситуации можно говорить, что Шатровский мог нам объяснить? А что он нам объяснял? Вы всё слышали. Это звучало до такой степени неприятно, что защищая в данном случае себя и своё заключение, смеет перед Вами и нами, достаточно умными людьми, излагать такие аргументы, которые аргументами не являются. Поэтому я не вижу в этих возражениях ничего, что могло бы дать основание для неприобщения и для того, чтобы не услышать в судебном заседании мнение этого лица, являющегося высокопрофессиональным специалистом в этой области. Я в возражениях не услышал возражений. Предлагаю удовлетворить заявленное мною ходатайство о приобщении доказательства, я подчёркиваю, что это доказательство, которое добыто защитой и представлено суду. Суд вправе его проверить. С этой целью суд может это лицо пригласить в суд. Выполнены и соблюдены все формальности, которые требуются для сбора защитой доказательств и предоставления их суду.
Х: В дополнение я хотел бы сказать, что специалисту были представлены не какие-то копии, а копии материалов уголовного дела, заверенные судом, которые были получены согласно УПК. Всё было получено законным путём. Т.е. фактически специалист пользовался материалами уголовного дела.
ДА: Применительно к Аракчееву я хотел бы сказать, что стеснение наших прав на предоставление доказательств, которое происходит уже неоднократно с начала мая, в части и допуска специалистов, отказа в приобщении документов, является для Аракчеева очень существенным, поскольку именно после получения т.н. заключения т.н. судмедэкспертизы и было предъявлено Аракчееву обвинение по ст. 105. Эксперт Шатровский ответил не на все вопросы. Я хотел бы просто поинтересоваться, известно ли ему, что санкции ст. 193 ч. 3 предусматривают до 6 лет лишения свободы. А у нас последствия могут наступить как раз самые тяжкие, и обвинение у нас в особо тяжком преступлении.
С: Будет ещё что-то у стороны обвинения?
ВТ: Наши доводы изложены. Хотел бы добавить, что действие ст. 158 распространяется не только на предварительное следствие, но и на весь процесс, в т.ч. и судебный, поэтому безосновательно…
С: Стороны закончили обсуждение?
А: Разрешите?... Как вчера было замечено адвокатом Аграновским, эксперт Шатровский отвечал на те вопросы, которые не входили в его компетенцию. Они входили в компетенцию эксперта-баллистика. Но Шатровский, будучи экспертом-медиком, ответил на эти вопросы, которые не входят в его компетенцию. Я вот это хотел бы напомнить суду.
С: Всё? Перерыв 15 минут.
[Аудиозапись 070808_2]
С: Высказаться больше никто не желает?.. Тогда слушаем постановление суда. В ходе судебного заседания адвокатом Дулимовым со ссылкой на ст. 74 Закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» заявлено поддержанное стороной защиты ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела именованного как опрос специалиста Маслова. В обосновании указывалось, что данное лицо предположительно владеет информацией, относящейся к делу. Рассмотрев данное ходатайство и выслушав возражения стороны обвинения, прихожу к следующим выводам: в ходе судебного заседания защитником Дулимовым неоднократно заявлялись ходатайства о признании специалистом гражданина Маслова и его допросе в суде. При этом в удовлетворении данных ходатайств судом неоднократно отказывалось. Таким образом, суд не усматривает необходимости повторного обсуждения данного вопроса. К тому же сам по себе опрос адвокатом Дулимовым специалиста с разъяснением ему положений ст. 51 Конституции РФ и предупреждение об ответственности не являются обязательными для приобщения протокола к материалам дела. В ходе судебного заседания опрошен эксперт Шатровский, производивший судмедэкспертизы, и в процессе допроса суд в соответствии с требованиями УПК предоставил участникам возможность выяснить все вопросы, касающиеся судмедэкспертиз, находящиеся в компетенции эксперта. В связи с изложенным, считаю, согласно требованиям ст. 74 УПК РФ опрос эксперта доказательством по делу не является, поэтому оснований для приобщения его к делу не имеется. Кроме того, гражданин Маслов в исследовании трупов участия не принимал, в производстве судмедэкспертиз тоже, каких-либо следственных действий с его участием как на предварительном следствии, так и в суде не происходило, а потому лицом, предположительно владеющим информацией по уголовному делу, данный гражданин не может быть. В соответствии с изложенным суд постановил: в удовлетворении ходатайства стороне защиты отказать. Суть постановления понятна?
ДА: Возражения на действия председательствующего. Считаю, что систематический отказ уважаемого суда в допросе представленных стороной защиты специалистах, приобщении каких-либо документов, связанных с допросом специалистов, учитывая существенные нарушения при проведении судмедэкспертиз, самым существенным образом нарушает право Аракчеева на защиту, стесняет наши права и свидетельствует об обвинительном настрое суда, нарушающем наше право на защиту.
АГ: Возражаю против поверхностного устного постановления судьи об отказе в удовлетворении ходатайства. Несмотря на то, что ходатайство было заявлено устно, в нём были изложены значительно большие доводы о том, что данный протокол допроса является доказательством, предусмотренным ст. 74 УПК РФ. Я на это указывал, я указывал на другие статьи. Суд в своём устном постановлении не оговорил этих обстоятельств, не указал, какие защитой были допущены нарушения при проведении данного опроса, какие есть основания для того, чтобы данный протокол опроса не приобщать к материалам дела. Я не стал в данной ситуации никаких вопросов ставить о признании его специалистом на предыдущих заседаниях. В данной ситуации суд грубейшим образом нарушает законные интересы Аракчеева и лично меня как защитника, пытаясь придумывать, кто такой гражданин Маслов, когда перед судом лежат 2 документа, свидетельствующие о том, что он является специалистом.
С: Я Вас прерываю!
АГ: Не надо меня прерывать! Я говорю по существу, общественный порядок не нарушаю, поэтому будьте любезны не нарушать порядок судебного заседания. Не превышайте свои полномочия! Вам поручено организовывать данный процесс, а не разрушать его своим поведением. Пожалуйста, занесите мои слова.
С: Делаю Вам первое предупреждение. Я Вас прерывал в связи с тем, что в своей речи Вы допускали неуважительное отношение к суду. В случае нарушения порядка в зале судебного заседания в дальнейшем, суд будет вынужден принять меры, предусмотренные действующим законодательством.
АГ: Ваша честь, Вы не забывайте о том, что у нас в этом процессе тоже есть права и способы реагирования. Вам УПК предоставлено право организовывать процесс, но не дезорганизовывать его.
С: Предупреждаю Вас ещё раз о неуважительном отношении к суду.
АГ: У Вас есть право высказаться отдельно в предоставлении в адвокатскую палату.
С: Предупреждаю о недопустимости прерывания председательствующего.
АГ: Я это уже слышал! Вы меня прерываете постоянно!
С: Попрошу судебных приставов удалить адвоката Дулимова из зала суда до конца сегодняшнего дня в связи с нарушением порядка в судебном заседании.
АГ: Способ удаления меня озвучьте тоже.
С: Перерыв.
[Аудиозапись 070808_3]
А: Я хочу принести возражения на действия председательствующего сначала по поводу постановления. Мне непонятны юридические тонкости данного процесса и тех моментов, которые заявляются ходатайства. Но они имеют одну цель – достижение истины по делу. Я хотел бы заострить внимание на том, что в деле есть судмедэкспертиза, по отношению к которой было принято постановление. Но я обвиняюсь в особо тяжкой статье, и тем не менее в одном из трупов до сих пор находится пуля, которая может пролить свет на это дело, в частности, доказать или опровергнуть мою причастность к данному уголовному делу. Мне безразличны все процессуальные решения по этому делу…
С: Я прерываю Вас.
А: Я не так выразился.
С: Вы обсуждаете не действия председательствующего, а экспертизу. Я попрошу Вас сформулировать возражения в письменном виде, они будут приобщены к материалам дела. Устно Вы, как я вижу, не можете.
А: Могу.
С: Сергей Владимирович, возражения должны быть на мои действия. Обсуждение это не подразумевает. Сформулируйте покороче. Желаете расширенно – в письменном виде.
А: Я протестую по поводу Ваших действий касательно отклонения ходатайства, т.к. это закреплено законом и предусматривается, и считаю, что действия председательствующего направлены на неразрушимость доказательств, представленных стороной обвинения. В частности считаю, что суд не желает раскрывать очевидные факты. И возражения на действия председательствующего по поводу удаления из зала суда Алексея Григорьевича. Т.к. я был свидетелем данных действия и был свидетелем того, что АГ не нарушал общественного порядка, а всего лишь приносил возражения на действия председательствующего, в частности существенные возражения, и считаю, что суду просто не понравились его возражения и он таким способом просто ограничил себя от возражений Дулимова. Считаю, что дальнейшее судебное разбирательство без Алексея Григорьевича будет являться существенным нарушением моих прав и прошу отложить судебное заседание до прибытия Дулимова в зал судебного заседания.
ДА: Я также… Я уже возражал на действия председательствующего по поводу отказа в вызове специалиста, я полагаю, что такими действиями председательствующий даёт нам основания полагать, что имеются иные обстоятельства, дающие основания полагать заинтересованность в вынесении обвинительного приговора по делу. И я также решительно возражаю против удаления Дулимова из зала суда. Я полагаю, что никакого неуважения он не высказывал, а всего лишь высказывал свою позицию. Несогласие с судом не означает неуважение к суду, а всего лишь свидетельствует о добросовестном исполнении своих профессиональных обязанностей. Никакого неуважения к суду высказано не было. Я решительно протестую, и полагаю, что слушание в отсутствие адвоката Дулимова будет существенным нарушением права защиты. С учётом того, что адвокат Дулимов должен был заявить сегодня ходатайство о повторной судмедэкспертизе, я полагаю, что можно говорить о заинтересованности суда в вынесении обвинительного приговора.
РТ: Дулимов разъяснил эксперту нормы статьи, а не предупреждал его об уголовной ответственности Маслова. И я поддерживаю коллег по поводу удалении из зала адвоката Дулимова.
С: По поводу ходатайства Аракчеева и Аграновского по поводу отложения судебного процесса сторона обвинения будет высказываться?
ВТ: Да. Мы полагаем, что никакого нарушения прав не будет, поскольку в зале присутствуют защитник Аракчеева Аграновский, а также адвокат по назначению. А отложение судебного разбирательства в связи с удалением адвоката не предусмотрено. Мы считаем возможным продолжить.
С: Суд, совещаясь на месте, постановил: поскольку в зале судебного заседания присутствуют защитники Аграновский по соглашению и защитник по назначению суда, право Аракчеева на защиту не будет нарушено. Оснований для отложения судебного разбирательства не имеется. В данной связи суд постановил ходатайство отклонить и продолжить слушание дела. Обращаю внимание участников на то, что требования председательствующего обязательны для всех в зале судебного заседания. Защитник Дулимов, как вы все видели, усомнился в этом, в связи с чем суд пришёл к крайней мере. Несмотря на мои предупреждения, Дулимов не стал сдерживать свои эмоции. Предупреждаю участников о необходимости сдерживания своих эмоций. Эмоциональное реагирование прямо вредит процессу. Суд ещё раз призывает участников процесса к сдержанности и адекватному реагированию и к достойному поведению в зале суда. Сторона защита готова заявить ходатайства?
ДА: Я хотел бы вернуться к предыдущему решению, т.к. обычно суд спрашивает, понятно ли сторонам его решение. Тут без эмоций. Непонятно, зачем были нужны такие серьёзные меры реагирования?
С: Я Вас прерываю. Данное решение суда не обсуждается.
ДА: Но разъяснить можно?
С: Не разъясняется, т.к. не относится к предмету доказывания по делу. Данное решение носит административный характер.
ДА: Вы же сами всегда спрашиваете, понятно или нет.
С: Данное решение носит административный характер. Если Вы не согласны, можете обжаловать в кассационном порядке.
ДА: Мало того, что не согласны, ещё и непонятно решение.
Перерыв
[Аудиозапись 070808_4]
ДА: У меня имеются ходатайства, которые я могу заявить. Но считаю, что обсуждение данных ходатайств в отсутствие адвоката Дулимова невозможно. Я могу их озвучить и передать копии.
ДА заявляет ходатайства о признании недопустимыми протоколов всех следственных действий с Аракчеевым с участием Абрамова С.С.
ДА: Есть у нас ещё ст. 75 УПК РФ, в которой сказано про недопустимые доказательства. Теперь бывает так, что адвокаты, к сожалению, участвуют в делах, чтобы закрепить обвинение. Это не имеет ничего общего с правом на защиту и ни раз по этому поводу дисциплинарные палаты выносили определения. В данном случае позиция Московской палаты чёткая – не мог Абрамов быть направлен в командировку, да ещё и с книгой ордеров. Т.е. появился непонятно кто, непонятно откуда, представил непонятно что. Это считается адвокатом Аракчеева, который обвиняется по ст. 105.
А: Поддерживаю данное ходатайство и хочу обратить внимание на то, что, как и ранее я заявлял. Я видел Абрамова один раз – на следственном эксперименте. Всё остальное время я подписывал то, что мне давал следователь, полностью будучи уверенным в том, что адвокат не присутствует. Но сейчас оказывается, вроде он был. Я считаю, что эти доказательства должны быть исключены.
ДА: Если уважаемый Кадыров подписывает ордер, то значит, что адвокатская палата на территории ЧР действует. Возникает вопрос. Почему Аракчееву не был предоставлен адвокат в соответствии с действующим законодательством? В 2003 году не было препятствий у следователя предоставить адвоката Аракчееву согласно действующему законодательству. Остаётся предположить только то, что не каждый бы адвокат это подписал, нужен был свой, проверенный.
А: Также хочу обратить внимание на то, что когда мне избиралась первая мера пресечения, адвокатом не был представлен ордер в суд. Я считаю, что по этим же основаниям мне не была вручена копия постановления, т.к. я бы её незамедлительно обжаловал. У Адвоката Абрамова не было ордера. Если бы ордер, который в деле, был бы настоящим, то съездить в адвокатскую палату ЧР, можно было бы взять ордер и приехать с ним в Ханкалу в суд.
ДА заявляет ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору.
ДА: Это только одно из оснований, которое интересно нам, защите. В деле есть масса других оснований. Эпизод с Юнусовым и с КАМАЗом, но это нам неинтересно. Я выделил то, что интересно нам – то, что не разграничена ответственность по самому главному эпизоду, что исключает вынесение любого приговора по данному делу. Но подчеркну, что есть и другие основания для возвращения дела прокурору, о которых мы не заявляем, но о которых, как я полагаю, известно представителям ГО.
[Аудиозапись 070808_5]
ДА: Я выражу общее мнение, что сегодня мы не можем предоставить это ходатайство в окончательном виде. Наши ряды сильно поредели. Я не могу расписываться за адвоката Худякова, а ходатайство общее.
С: Тогда объявим перерыв до завтра.