«На мой взгляд, первопричиной оправдания послужило отправление правосудия не на территории Чеченской Республики, а также недопонимание присяжными по данному уголовному делу воли моего народа»

Президент Чеченской Республики Р.А. Кадыров

Главная

Статистика

Под обращением к Президенту России уже подписалось:
16239 человек

Нам помогают

Липцер, Ставицкая и партнёры

Агенство Политических Новостей

Баннеры

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Яндекс.Метрика

Слушания 15 мая 2007г.

[Аудиозапись 070515_1]
 
C: Продолжаем судебное заседание.
 
ДА: Ваша честь, защитник Рогозин прислал сообщение, что он в Ростове, предлагаем подождать минут 10.
 
С: Ставится на обсуждение.
 
ДА: У него свой транспорт, он сейчас будет.
 
С: Транспорт его как президента возят?... Ставится на обсуждение. Сторона защиты ходатайствует подождать?
 
АГ: Да.
 
С: Сторона обвинения?
 
ВТ: Если сторона защиты полагает невозможным продолжить, то на усмотрение суда.
 
С: Всем понятно, что суд примет самостоятельное, как говорится, выслушав мнение сторон.
 
ИШ: Не возражаем.
 
С: Не возражаете? Я почему выясняю мнение сторон, потому что если стороны не возражают, то суду нет оснований вмешиваться.
 
ВТ: Единственное, Ваша честь, если есть возможность, технический перерыв на 10 минут с пользой, чтобы план на сегодняшний день можно было обсудить нам, а то мы 10 минут прождём, а потом опять…
 
С: Давайте…
 
ВТ: Если сторона защиты считает возможным.
 
С: Нет возражений у стороны защиты объявить действия на сегодняшний день?
 
ДА: Да нет.
 
С: Давайте тогда объявите, если нет.
 
ДА: Предоставление наших материалов. У нас ходатайство о допросе специалиста.
 
С: Может пока есть смысл его дать для ознакомления?
 
ДА: Да пока чисто техническая заминка. У нас есть всё, кроме принтера. Мы сейчас распечатаем, подпишем и отдадим. Тут никаких тайн нет. Специалист ростовский, местный.
 
 
С: Т.е. пока не можете?
 
ДА: Сейчас, осталось только подписать.
 
А: Нужна подпись Рогозина.
 
С: Ну хорошо, сколько надо минут для подъезда эскорта?
 
ДА: Ну из своего опыта я знаю, что минут через 15 я оказывался уже в суде на частной машине, а здесь прямо от самолёта.
 
С: Давайте тогда объявим на 15 минут.
 
Перерыв
 
[Аудиозапись 070515_2]
 
С: Сторона защиты, Вам вопрос адресуется, поскольку говорить о высоких отношениях о своём подзащитном говорить будете Вы?
 
ДА: Я не возражаю. Разумеется, характеризующее данные.
 
С: Нет, я имею в виду, на каком этапе. Прямо сейчас Вы готовы говорить о том, какой замечательный…
 
ДА: Готовы говорить в любой момент об этом, но вот в данный момент я считаю, что вполне можно приобщить, если сторона обвинения не возражает.
 
С: Подлинник?
 
ДА: Ну а почему нет?
 
ЛТ: На обозрение.
 
ДА: Вообще в данном случае нам всё равно. Мой подзащитный готов приобщить подлинники. Если суд говорит, что нужно предоставить ксерокопии, то технически это сделать несложно.
 
С: Подлинные документы в дело вшиваются…
 
ДА: Насмерть.
 
С: Или они вообще не вшиваются, потому что потом из них ничего вытащить невозможно. Хорошо. Предлагается копии приобщить?
 
АГ: Обозреть и приобщить.
 
С: Всё? Сторона защиты будет смотреть? Сторона обвинения?
 
ВТ: Нет.
 
С: Нет возражений против приобщения?
 
ВТ: Нет, Ваша честь.
 
С: Суд постановил ксерокопии снять и приобщить к материалам дела. А подлинники возвратить законному владельцу. Продолжаем судебное заседание. Остановились мы на предоставлении стороной защиты доказательств.
 
ДА: Уважаемый суд! У нас имеется ходатайство о вызове и допросе специалиста. Оно в письменном виде, я могу его зачитать, а могу просто дать сторонам для ознакомления. Мы просим вызвать в качестве специалиста судебно-медицинского эксперта. Мотивы здесь приведены.
 
Защитник Аграновский зачитывает ходатайство о вызове специалиста – судебно-медицинского эксперта в качестве специалиста.
 
Х О Д А Т А Й С Т В О
                                         о допросе специалиста.
 
5.03.2003 в судебном заседании были исследованы:
- Протокол эксгумации трупа Янгулбаева С.С. от 13.05.2003 (т.6 л.д. 169-176);
- Протокол эксгумации трупа Джамбекова А.А. от 13.05.2003 (т.6 л.д.150-155);
- Протокол эксгумации трупа Хасанова Н.У. от 13.05.2003 (т.6 л.д.160-164);
- Протокол осмотра трупа Янгулбаева С.С. от 13.05.2003 (т.6 л.д.177-181);
- Протокол осмотра трупа Джамбекова А.А. от 13.05.2003 (т.6 л.д.156-159);
- Протокол осмотра трупа Хасанова Н.У. от 13.05.2003 (т.6 л.д.165-168);
- Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/5/03 от 20.05.2003 по Янгулбаеву С.С. (т.8 л.д.121-131);
- Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/4/03 от 20.05.2003 по Джамбекову А.А. (т.8 л.д.175-182);
- Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/6/03 от 20.05.2003 по Хасанову Н.У. (т.8 л.д.150-156);
13.03.2003 в судебном заседании, в соответствии со ст.282 УПК РФ, был допрошен судебно-медицинский эксперт Шатровский Н.А.
После исследования в судебном заседании указанных документов и допроса эксперта Шатровского Н.А. полагаем, что Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/5/03 от 20.05.2003 по Янгулбаеву С.С. (т.8 л.д.121-131), Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/4/03 от 20.05.2003 по Джамбекову А.А. (т.8 л.д.175-182) и Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/6/03 от 20.05.2003 по Хасанову Н.У. (т.8 л.д.150-156) являются необоснованными и неполными, выводы, не основаны на данных, изложенных в разделе «обстоятельства дела» и исследовательской части указанных Заключений.
Кроме того, сами экспертизы, по мнению защиты, были проведены с нарушением требований нормативных документов, регламентирующих производство судебных экспертиз, в частности, Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности», Приказу МЗ РФ №161 от 24.04.2003 (раздел II.Экспертное исследование трупа) и Правилам судебно-медицинской экспертизы трупа, утвержденных Приказом МЗ РФ №47 от 10.12.1996, с нарушением научных методик их проведения и не могут считаться научно обоснованными.
В связи с этими обстоятельствами, защитой было получено Заключение специалиста Солохина Анатолия Александровича, доктора медицинских наук, профессора, Заслуженного врача РСФСР, действительного члена Российской медико-технической академии, имеющего стаж экспертной работы 50 лет и высшую квалификационную категорию врача – судебно-медицинского эксперта (см. Приложение).
Однако, к настоящему времени Солохин А.А. скончался и по этой причине не может быть допрошен в судебном заседании в качестве специалиста.
В связи с изложенным, в соответствии ст.58, 271 ч.1, 4 УПК РФ, прошу допросить в судебном заседании в качестве специалиста Маслова Евгения Николаевича, судебно-медицинского эксперта отдела сложных экспертиз Бюро СМЭ Ростовской области, эксперта высшей категории, профессора Российской Академии Естествознания.
Перед специалистом прошу, в частности, поставить следующие вопросы:
1. Соответствуют ли проведенные по делу судебно-медицинские экспертизы трупов Джамбекова А.А., Хасанова Н.Я., Янгулбаева С.С. требованиям действующих нормативных документов?
2. Можно ли считать научно обоснованными заключения экспертиз в отношении указанных лиц?
Прошу предоставить специалисту для ознакомления следующие материалы уголовного дела:
- Постановление следователя прокуратуры Грозненского района Чеченской республики Абдулхаджиева Р.Ж. от 17.01.2003 о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа гр-на Янгулбаева С.С.;
- Постановление следователя прокуратуры Грозненского района Чеченской республики Абдулхаджиева Р.Ж. от 17.01.2003 о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа гр-на Джамбекова А.А.;
- Постановление следователя прокуратуры Грозненского района Чеченской республики Абдулхаджиева Р.Ж. от 17.01.2003 о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа гр-на Хасанова Н.У.;
- Протокол осмотра трупа Янгулбаева С.С. от 16.01.2003 (т.1 л.д.40-41);
- Протокол осмотра трупа Джамбекова А.А. от 16.01.2003 (т.1 л.д.38-39);
- Протокол осмотра трупа Хасанова Н.У. от 16.01.2003 (т.1 л.д.42-43);
- Заключение судебной медицинской экспертизы №50 от 18.01.2003 по Янгулбаеву С.С. (т.8 л.д.11-14);
- Заключение судебной медицинской экспертизы №49 от 18.01.2003 по Джамбекову А.А. (т.8 л.д.27-29);
- Заключение судебной медицинской экспертизы №51 от 18.01.2003 по Хасанову Н.У. (т.8 л.д.41-43);
- Протокол эксгумации трупа Янгулбаева С.С. от 13.05.2003 (т.6 л.д. 169-176);
- Протокол эксгумации трупа Джамбекова А.А. от 13.05.2003 (т.6 л.д.150-155);
- Протокол эксгумации трупа Хасанова Н.У. от 13.05.2003 (т.6 л.д.160-164);
- Протокол осмотра трупа Янгулбаева С.С. от 13.05.2003 (т.6 л.д.177-181);
- Протокол осмотра трупа Джамбекова А.А. от 13.05.2003 (т.6 л.д.156-159)
- Протокол осмотра трупа Хасанова Н.У. от 13.05.2003 (т.6 л.д.165-168)
- Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/5/03 от 20.05.2003 по Янгулбаеву С.С. (т.8 л.д.121-131);
- Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/4/03 от 20.05.2003 по Джамбекову А.А. (т.8 л.д.175-182);
- Заключение повторной судебной медицинской экспертизы №05/6/03 от 20.05.2003 по Хасанову Н.У. (т.8 л.д.150-156).
Настоящее ходатайство с приложенным документом прошу приобщить к материалам дела.
 
П Р И Л А Г А Ю:
Заключение специалиста Солохина А.А.
 
 
С: Время надо стороне обвинения?
ВТ: Да.
 
АГ: Ваша честь! Я хочу дополнить, что предварительная договорённость с Масловым имеется, он говорит, что если суд выдаст ему судебную повестку, то он готов явиться в любое время. Просто как человек государственный, он говорит, я не могу явиться просто так, подойти и стоять под дверью и ожидать того момента, когда Вы решите меня допрашивать.
 
С: Давайте тогда объявим перерыв. Сторона защиты, наверное, сможет отобедать…
 
ДА: Уважаемый суд! Я как раз в соответствии со статьёй… плохая у меня память на статьи, но Вы понимаете, о чём я говорю, специалисту, явившемуся в судебное заседание по инициативе сторон, суд не вправе отказать в допросе, но чисто технический момент у нас есть. Может мы пока выпишем ему повестку?
 
С: Участие… Вы где это прочитали, Вы мне скажите.
 
ДА: ст. 271 ч. 1 Суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе лица в качестве специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон. Ну и соответственно, это связано с положением ст. 15 ч. 3, что суд создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Поэтому совершенно справедливо сказано, что пока мы специалиста вызовём… но мы хотели немного по-другому нашу работу построить. Пока мы будем вызывать специалиста, и Алексей Григорьевич будет технический вопрос решать, пока можно что-то пооглашать, чтобы время не терять…
 
АГ: В материалах дела.
 
С: Предлагается сделать перерыв для того, чтобы сторона обвинения сумела подготовить к обсуждения вашего ходатайства, после чего вернемся к обсуждению ходатайства, чтобы сразу всё не делать.
 
ДА: Ну наше предложение просто по построению работы. Мы суду предложили.
 
С: В настоящее время, как я понял, предлагается суду обсудить вопрос о вызове специалиста, поскольку я такового в коридоре и в зале суда не вижу…
 
АГ: Причину мы назвали.
 
ДА: Она чисто техническая.
 
С: Соответственно этот вопрос не является автоматическим, как Вы сейчас… а подлежит обсуждению, для этого я должен выслушать мнение противной стороны, для этого сторона попросила время для ознакомления, поэтому сколько стороне обвинения надо… До 13 часов объявляется перерыв.
 
 
Перерыв
 
 
[Аудиозапись 070515_3]
 
С: Продолжаем судебное заседание. Ознакомилась сторона обвинения с ходатайством?
ВТ: Да, Ваша честь.
 
С: Прошу расписаться. Слушаю мнение стороны обвинения. Несмотря на то, что сторона защиты своё ходатайство не разделила, а объединила, попрошу высказать отдельно мнение по поводу вызова указанного в данном ходатайстве лица, Солохина А.К….
 
ДА: Нет, Ваша честь. Его уже не нужно вызывать. Маслова.
 
С: Извиняюсь.
 
ДА: Мы как раз объясняем, почему нельзя вызвать Солохина, и просим вызвать Маслова.
 
С: Для признания его в качестве специалиста и, соответственно… и отдельно по поводу возможности приобщения данного документа с приложением, поименованным стороной защиты как заключение специалиста. Пожалуйста.
 
ВТ: Ваша честь! Сторона обвинения полагает, что заявленное защитником подсудимого Аракчеева Аграновским и другими ходатайство о вызове и допросе специалиста Маслова не основано на законе и не может быть удовлетворено, по следующим основаниям: Оценка заключения эксперта, в т.ч. судебно-медицинских экспертиз, в соответствии со ст. 17 УПК РФ производится судом. К перечню вопросов, для разрешения которых привлекается специалист, предусмотрен ч. 1 ст. 158 УПК РФ и является исчерпывающим. Оценка заключения эксперта, в т.ч. с точки зрения обоснованности и научности, не входит в компетенцию специалиста и указано в данной статье. Как следует из ходатайства защиты, вопросы, которые предлагается поставить перед специалистом, относятся именно к оценке экспертного заключения, что является недопустимым. Согласно ч. 1 ст. 207 и ч. 3 ст. 283 при недостаточной ясности и неполноте заключения эксперта может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту. В соответствии с ч. 2 ст. 207 и ч. 3 ст. 283 в случае возникновения сомнений в обоснованности экспертизы, судом может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту. Ч. 4 ст. 283 УПК РФ предусматривает, что суд назначает повторную экспертизу при наличии противоречий, которые невозможно устранить в ходе судебного заседания путём допроса эксперта. Как указано в ходатайстве стороны защиты, 13.05.07 г. судом допрошен эксперт Шатровский, проводивший повторные судмедэкспертизы. Сторонами обвинения и защиты, а также судом были выяснены все возникшие в связи с экспертными заключениями вопросы. Ответы эксперта на эти вопросы, наряду с заключением экспертиз, которые не признаны судом недопустимыми, будут оцениваться судом. Согласно текста заявленного ходатайства, 5.03.07г. исследованы ряд доказательств, и 13.03.07г. допрошен эксперт, производивший судмедэкспертизу. Далее указано, что в связи с этими обстоятельствами было получено заключение специалиста Солохина. Однако данное утверждение не соответствует действительности, поскольку заключение, представленное в обоснование данного ходатайства, сделано специалистом с 19 по 30 июня 2006г., т.е. фактически до исследования документов и допроса самого эксперта, т.е. без учёта показаний данного эксперта в суде, в т.ч. и по вопросам, указанным в самом ходатайстве защиты. При этом выводы, указанные в заключении экспертов Солохина и Ростошинского, основаны на выборочно представленных ксерокопиях документов, без представления им протоколов эксгумации, протоколов осмотра трупов и т.д. Кроме того, эксперты Солохин и Ростошинский вышли за рамки предоставленных им ст. 58 полномочий и сделали вывод в своём заключении о недопустимости доказательств, а именно судмедэкспертиз, что полностью относится лишь к компетенции суда, при наличии процессуальных нарушений, установленных ст. 75 УПК, которых не имеется. Помимо этого, приложенное заключение проводилось по запросу лица, не являющегося в настоящий момент участником разбирательства и стороной по делу. Данное заключение экспертов Солохина и Ростошинского не может являться основанием для вызова и допроса специалиста Маслова, который не проводил данное исследование, отношения не имеет, соответственно, не вправе давать какие-то разъяснения и пояснения по данному документу. Кроме того, ст. 71 УПК устанавливает, что суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о вызове лишь явившегося в судебное заседание специалиста, но не обязывает суд принимать меры к его вызову. На основании изложенного полагаем, что в удовлетворении ходатайства стороны защиты о вызове и допросе в качестве специалиста Малова и о приобщении к делу заключения специалистов Солохина и Ростошинского следует отказать. О приобщении к делу самого ходатайства не возражаем.
 
С: Имеется в виду…
 
ВТ: Заключение специалистов, а само ходатайство приобщить.
 
С: Стороне защиты передайте. Игорь Александрович тут подписался?
 
ВТ: Да, ту две подписи.
 
С: Одна плавно перетекающая в другую… Обсуждение будем продолжать? Пожалуйста, сторона защиты.
 
ДА: Уважаемый суд! Можно я по порядку. Во-первых, в ст. 58 никакого исчерпывающего перечня вопросов не приведено, это раз. Во-вторых, я просто по порядку поступления. В нашем ходатайстве заключение специалиста Солохина с допросом эксперта Шатровского никак не связано. Оно связано с экспертными заключениями, которые имелись в материалах дела с незапамятных времён, и с этими заключениями знакомились стороны, в т.ч. и ранее адвокат Кузнецов, в установленном законом порядке. Поэтому здесь это говорить некорректно. Кроме того, как опять же видно из нашего текста, заключение эксперта Солохина никоим образом не является дополнительным основанием для вызова специалиста Маслова. Мы просто объясняем, почему мы не можем вызвать Солохина в настоящее судебное заседание, не более того. И самое, наконец, главное, вопрос вопросов. Если уважаемый суд не окажет нам содействие в соответствии со ст. 15 ч. 3 в вызове эксперта, и это будет уже очень серьёзное нарушение принципа равенства сторон, поскольку, разумеется, уважаемая прокуратура гораздо больше имеет полномочий для вызова экспертов, особенно военных экспертов, чем у нас. И действительно в УПК, в ст. 271 сказано, что суд не вправе отказать явившемуся специалисту, но мы, в отличие от противоположной стороны, мерами государственного принуждения не обладаем, а обладает этой мерой государственного принуждения суд. В данном случае, я прошу понять меня правильно, я не принижаю роль суда, а наоборот в соответствии со ст. 15 ч. 3 суд в данном случае выступает всего лишь инструментом принуждения, но принуждение – это, может какое-то резкое слово, ну обеспечения явки специалиста как для защиты, так, может, в один из случаев и для обвинения, поэтому вообще, мне кажется, некорректно этот вопрос обсуждать. Необходимо данного специалиста вызвать, а потом уже решать, нужно его допрашивать или нет. Ну я по существу не говорю, поскольку я действительно не медик, не специалист, однако не секрет, что после допроса Шатровского вопросов стало больше, чем ответов, в данном случае, к сожалению, мы не имеем на руках протокола допроса Шатровского, но все мы помним, что он говорил достаточно таких вещей, после которых остаются вопросы, вплоть даже до того, что он не может точно сказать, огнестрельные ли это были ранения. И что проведение эксгумации в данном случае обязательно, и проведение исследования в лабораторных условиях обязательно, что действительно его вот это заключение выполнено с нарушениями, он это признал, с нарушениями существующих нормативных актов и, разумеется, мы будем в своё время ходатайствовать о назначении повторной судемедэкспертизы, разумеется, в другом учреждении, ни в коем случае не у эксперта Шатровского, но для этого надо, как минимум, послушать в судебном заседании специалиста, поскольку защита такими познаниями не обладает. И я полагаю, что здесь просто чисто технически суд не вправе нам отказать в допросе специалиста. У меня всё.
 
АГ: Ваша честь! Я хотел бы дополнить высказывания и доводы моего коллеги следующими вопросами. Я, во-первых, возражаю в данной ситуации в отношении специалиста, на мой взгляд, как-то необъективно, поскольку в ходе изучения материалов дела, о которых говорится в нашем ходатайстве, и постановлений о назначении экспертиз, если их сопоставлять в совокупности вместе с заключениями судмедэкспертиз, которые даны, на мой взгляд, имеется достаточно много неясностей экспертизы, и эксперт, который был допрошен в судебном заседании, он их не только не устранил, он ещё больше создал противоречий и неясностей в вопросах, связанных со всеми важнейшими обстоятельствами, подлежащими доказыванию по данному уголовному делу. Это и о причинах смерти этих граждан, способах наступления смерти, что является весьма важным обстоятельством. А если что-то и указывал, то говорил либо о вероятностном, либо о предположительном характере причинения тех или иных повреждений. Не объясняя научно свои выводы и доводы. Вот именно поэтому, я полагаю, руководствуясь ст. 58, нам необходимо допросить специалиста с целью разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в профессиональную компетенцию специалиста высокой квалификации, поэтому мы предлагаем в данной ситуации представителя не какой-либо из сторон или организации, а государственного учреждения судмедэкспертизы, который, конечно же, со всей ответственностью, с его опытом и знаниями в области проведения сложных судмедэкспертиз, сможет помочь суду устранить те противоречия, неясности, исключить полноту, может быть, и дать наиболее полное представление суду о том, соответствует ли действующем законодательству, научным теориям и практике те выводы, которые в вероятностной форме по большинству вопросов, которые ставились перед экспертом, он пришёл. Я полагаю, что без выяснения данных обстоятельств мы не можем завершить данное судебное разбирательство. Вопрос же о повторной экспертизе – это вопрос будущего. Забегать я в данной ситуации я не хочу, но в данной ситуации не увидеть того, что было у нас в судебном заседании, что мы видим в материалах дела, где действительно научностью в этих объяснениях только отдалённо пахнет, я полагаю, мы не вправе. Что же касается вопроса о том, что мы не смогли представить непосредственно сюда за дверь специалиста, я объяснял Вам ещё ранее, до того, как начали обсуждение данного ходатайства. Поэтому я полагаю, что доводы возражения являются несостоятельными, и прошу Вас наше ходатайство удовлетворить. Эксперта я готов представить при наличии Вашей повестки буквально в течении получаса. Я представлю начальнику отдела сложных судмедэкспертиз Вашу повестку, и эксперт Маслов готов приехать и дать все свои разъяснения по вопросам, с которыми он уже знаком. Я этого также обстоятельства не скрываю. Поскольку прежде чем разрешать этот вопрос, я познакомил его с этими материалами, может ли он дать по этому поводу какие-то свои пояснения и разъяснения. Он ответил, что он готов, это соответствует его уровню квалификации, опыту, навыкам и специализации. Поэтому он готов прибыть сюда, чтобы дать суду соответствующие разъяснения как лицо, обладающее специальными познаниями в этой области.
 
С: Всё?
АГ: Да.
 
ДР: Ваша честь! Уважаемый суд в течение нескольких заседаний доказывал своими действиями то, что действительно выступает за поддержание соревновательности сторон в данном процессе. Но соревновательность не является самоцелью, это определённый способ найти истину, установить виновных в смерти потерпевших, истинных виновных. И что может воспрепятствовать нам? Не какие-то бумажные моменты формального подхода к судебному заседанию, а именно возможность заслушать специалиста высочайшей категории, который поможет нам продвинуться в самом главном вопросе: в вопросе установления более-менее объективной информации относительно медицинской стороны этого дела, которая у нас хромает более всего. Здесь в этом процессе мы уже давно участвуем и слышали выступление медицинского эксперта, и я согласен с тем, что он оставил больше вопросов, чем ответом. Мы понимаем, в каких условиях это всё происходило, но почему мы должны понимать и принимать условия, в которых проходила псевдоэксгумация, эксперт давал информацию о том, в каком состоянии он проводил это исследование, и при этом мы боимся получить дополнительную информацию именно в самом главном вопросе – в медицинском вопросе. Эксперт, которого предлагается пригласить в зал судебного заседания, именно поэтому он не стоит за дверью, потому что он не является каким-то заангажированным человеком, это серьёзный специалист, глубокий специалист, работающий на государство, а не какой-то частный деятель. Поэтому мы и надеемся, что он нам даст объективную информацию. Я надеюсь, что стороне обвинения действительно не лишним было бы докопаться до истины, так же, как и стороне защиты, поэтому непонятно нежелание получить дополнительную информацию, позволяющую продвинуться в столь важном вопросе, как установление истины с точки зрения медицинского исследования, с его оценкой можно и не согласиться, можно её принять, но отказать в праве защите представить действительно человека, глубоко знающего предмет исследования, было бы странным. Поэтому я прошу уважаемый суд поддержать просьбу стороны защиты.
 
С: Всё? Кто-то желает ещё высказаться?
 
А: Ваша честь! Я хотел бы сказать по поводу заключения специалиста, приложенного к ходатайству. Я считаю, что ходатайство нельзя рассматривать отдельно от заключения специалиста. Дело в том, что после отмены приговора Верховным судом судебный процесс должен был начаться где-то в августе. По несчастному случаю, когда я сломал ногу, судебный процесс был отложен. В июне месяце где-то делалась эта экспертиза, и эксперт Солохин был жив и здравствовал, в деле участвовал Кузнецов Борис Аврамович, который делал запрос соответствующий, и получил с предоставлением документов данное заключение. Солохин был готов прибыть в суд и дать разъяснения. Но опять же случилась такая ситуация, что человек с 50-и летним стажем скончался. Я считаю, что данное заключение нельзя выбрасывать в корзину только из-за того, что этот человек не может прибыть в судебное заседание. Я считаю, что это заключение должно быть приобщено к материалам дела, оно является как-никак заключением, и оно имеет отношение к нашему уголовному процессу, в частности и как заключение специалиста. Прошу также удовлетворить ходатайство адвокатов и выписать повестку и заслушать мнение специалиста в медицинской области, т.к. ни я, никто из присутствующих в зале не обладает медицинскими навыками и познаниями, в частности в области судмедэкспертизы. Хотело бы услышать независимого эксперта, который скажет нам много, надеюсь, интересного. Спасибо.
 
ВК: Я поддерживаю.
 
С: Ещё кто-то желает?
 
ЛТ: Я хочу сказать о том, что в судебном заседании был заслушан эксперт Шатровский, которому отвод сторонами не заявлялся, таким образом, сомневаться в его компетенции, квалификации, объективности считаю, что оснований нет. А то, что сейчас, как заявляет сторона защиты, что после его допроса вопросов возникло больше, чем до его допроса, то эти вопросы никто не мешал им также ему задавать. Если же сейчас вызывать новых и новых специалистов, то я хочу сказать, что это только будет направлено на затягивание процесса, потому что точно также я могу ходатайствовать о вызове в суд также в качестве специалиста эксперта высокой категории. И я считаю, что оценку доказательств делает суд, и стороны, выступая в прениях также могут сослаться, если они считают, что где-то есть противоречия неустранимые, то они также, согласно УПК и Конституции РФ могут использовать… поэтому я считаю, что оснований для вызова специалиста нет, потому что это только направлено на затягивание процесса, а кроме того, я хочу по заключению, которое просили приобщить к материалам дела, сказать, что, во-первых, оно не в рамках уголовного производства добыто было, и кроме того, этот человек, который дал заключение, он на сегодняшний день, как известно, скончался. Поэтому у нас возражения против приобщения.
 
ВТ: Я хотел бы ещё добавить с той точки зрения, что медицинские экспертизы также проводились не в частной лавочке, а в государственном учреждении, проводились экспертом, обладающим достаточными знаниями, при этом эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, также эксперт Шатровский был допрошен в судебном заседании, в т.ч. вопросы…
 
С: Сразу хочу прервать. Давайте не будем проводить оценку доказательств, имеющихся в деле, поскольку это на данной стадии судебного заседания недопустимо, и Вы можете своё мнение об оценке доказательств высказать в прениях, сейчас мы обсуждаем вопрос о приглашении господина Маслова, допуске его в качестве специалиста и допросе, поэтому попрошу ограничиться этим кругом.
 
ВТ: Я не имел в виду оценку экспертизы, а оценку довода о том, что специалист экспертного учреждения Маслов, а экспертиза тоже проводилась в экспертном учреждении не частным лицом, а экспертом в установленном законом порядке. Кроме того, специалист… гражданин Маслов, который ещё не специалист, не допущен в качестве специалиста, отношения к проведению судмедэкспертизы не имел и не вправе давать комментарии, разъяснения и пояснения по проведенной другим лицом, другим экспертом, экспертизе.
 
С: Всё у стороны обвинения?
 
ВТ: Да.
 
С: Пожалуйста.
 
ИШ: Я хотел бы добавить. Расхождение позиций сторон защиты и обвинения именно относительно результатов допроса и показаний эксперта Шатровского свидетельствует о том, что сейчас речь идёт об оценке тех доказательств, которые были исследованы судом, что не входит в компетенцию специалиста. И оценку тут должен дать суд. И я хочу возразить стороне защиты именно в том, что Шатровский, после допроса Шатровского появилось достаточное количество вопросов, все вопросы, которые выяснялись, позволили нам устранить те неясности и выяснить все вопросы, которые возникли как у стороны обвинения, так и у стороны защиты к этому эксперту. И то, что он подтвердил сам факт того, что имеется ряд недостатков, которые он сам назвал, и свидетельствуют об объективности этого эксперта.
 
С: У стороны обвинения всё?
 
ВТ: Да.
 
С: Пожалуйста, начнём с Дмитрия Владимировича.
 
ДА: Уважаемый суд! Вот по ходу обсуждения. Как я понял со слов Людмилы Анатольевны, как я правильно понял представителей государственного обвинения, они предлагают не более не менее, как лишить защиту права предоставлять доказательства. Вот о чём речь. Мы хотим вызвать специалиста. Если Вы хотите кого-то вызвать – ради бога! Мы Вам препятствовать не будем, я полагаю, мы не вправе это делать. Вызывайте кого угодно, хоть с повесткой, хоть каким образом. Хоть 10 экспертов. Это Ваше право. И наше право. А Вы предлагаете, извините, что я к Вам обращаюсь. Предлагается стороной обвинения стеснить наше право в предоставлении доказательств. И ещё в ситуации, которая нам представляется архиважной, принципиальной, можно даже сказать, вопрос вопросов. Извините, даже если нам сейчас будет отказано, мы ещё вернёмся к этому вопросу после изготовления протокола судебного заседания. И Вы сами тогда увидите, как отвечал эксперт на вопросы. Ну у нас у всех есть хорошая память, более-менее хорошая. И какие он давал ответы на простые вопросы. И тем более Вы прекрасно знаете, в материалах дела, как была проведена экспертиза и в каких условиях, он нам тоже это объяснял, когда над ним стояли люди с автоматами. Поэтому оснований в этом плане для этого достаточно. А кроме того, ещё раз обращаю внимание и суда, и сторон, на мой взгляд, это наше право, и это право не должно быть стеснено никоим образом. И у обвинения есть аналогичное право. И его нельзя стеснять никоим образом в данном случае.
 
С: Пожалуйста.
 
ДР: Ваша часть! Я хотел бы просто уточнить. Мы не ставим под сомнение информацию, которую в этом зале изложил эксперт Шатровский. И когда мы говорим о том, что после его выступления у нас осталось больше вопросов, чем ответов, мы не имели в виду, что мы не успели задать какие-то вопросы в этом зале. Мы имели в виду совсем другое, что у нас и были вопросы, на которые мы не получили ответы, может, в силу квалификации господина Шатровского, либо по каким-то иным причинам. Это первое. Второе, мне, безусловно, кажется, что здесь нет никакого смысла препятствовать вызову людей, которые могли бы пролить свет, дополнительный свет на ту тайну, которую мы пытаемся здесь раскрыть и распутать. Поэтому нет никаких препятствий тому, чтобы сторона обвинения пригласила ещё более квалифицированных специалистов, если она сможет их найти. Возражать по этому поводу сторона защиты не может. При этом было бы странно, если сторона обвинения возражает против привлечения специалиста по тому вопросу, который оставил больше всего неясностей в это деле.
 
С: Пожалуйста.
 
АГ: Ваша честь! Мне вообще непонятны доводы представителя потерпевших, которая говорит, что раз не заявили отвода, значит доверяли и верили в квалификацию. Но мы не знали этого эксперта вообще. Поэтому мы не имели законных оснований для того, чтобы заявить ему отвод. Но вот его заключение и его допрос в судебном заседании свидетельствуют о том, что эксперт пренебрегает очень многими обстоятельствами, и давал заключение, пренебрегая очень многими обстоятельствами, которые должны учитываться при проведении экспертиз. Мы приглашаем специалиста именно для того, чтобы он разъяснил суду и участникам процесса, а вот при каких обстоятельствах этот вывод, к которому пришёл Шатровский, действительно объективен, основан на научном познании и практике. Вот это мы хотим услышать от этого эксперта по всем обстоятельствам, которые имеются. А их здесь очень много, и мы могли бы Вам на них указать сейчас, но мы не специалисты, хотя многие из этих неточностей, неясностей и неполноты в ответах - мы их видим. И поэтому, увидев эти неточности, мы просим и желаем представить вам это из уст специалиста, а не из своих уст.
 
С: Всё, Алексей Григорьевич?
АГ: Да.
 
С: Правильно я Вас понял, что Вы хотите вызвать господина Маслова, признать его специалистом по оценке доводов экспертизы?
АГ: Ваша честь! Мы искажаете почему-то или не слышите меня! Я ведь ясно сказал, я Вам прочту дословно, что сказано, с какой целью я, что специалист нам необходим для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.
 
С: Давайте без УПК и конкретно вернёмся к нашему делу. Конкретно что Вы хотите с помощью специалиста выяснить. Первое, второе, третье.
АГ: Я хочу, чтобы специалист нам… Я не выяснять буду, а чтобы он нам разъяснил.
 
С: Что именно?
АГ: Обоснованность…
 
С: Чего?
АГ: Доводов, связанных с огнестрельным характером имеющихся повреждений на телах этих граждан…
 
С: Это Вы по экспертизе говорите?
АГ: Конечно то, что в экспертизе, на мой взгляд, научно необоснованно.
 
С: Я Вас и спросил…
АГ: Именно об этом.
 
С: Я Вас правильно понял, что специалист Вам нужен для оценки доводов, содержащихся в заключении эксперта, так?
АГ: Я же опять говорю не об оценке, а о разъяснении!
 
С: А разъяснение…
АГ: А оценивать будете Вы.
 
С: Нет, но…
АГ: А мы в прениях может как-то где-то…
 
С: Ну понято.
АГ: То, что предусмотрено законом, чтобы он сделал. А не выходил за пределы своей компетенции. А дал бы возможность суду правильно… сделать правильную оценку всех обстоятельств, поставленных… причём и связанных с протоколами эксгумации и т.д. С протоколами осмотра трупов, поскольку мы даже замечаем это, что эксперт, когда ссылался тут при ответе на отдельные вопросы, он давал некоторые обоснования, которые не соответствовали протоколу осмотров. В протоколах осмотра нет тех обстоятельств, на которые он ссылался при ответе здесь уже в качестве эксперта. Это связано и с осаднениями и прочими, прочими вещами. Чтобы научно объяснить эти вопросы, думаю, для этого и существуют специалисты.
 
С: Для того, чтобы что?
АГ: Чтобы научно обосновать и объяснить.
 
С: Обосновать необходимость вызова специалиста?
АГ: Нет. Я, думаю, я обосновал Вам это достаточно. Если захотите услышать, услышите.
 
С: Хорошо. Ещё?
 
Х: В дополнение ко всему сказанному, я считаю, что специалист нам необходим не для оценки доказательств и не для оценки проведённой экспертизы, а для пояснения нам, как должна проводиться эксгумация в целом, и что это такое, как это всё должно происходить в соответствии с законодательством РФ. Эксперт Шатровский нам пояснял, что не всё было соблюдено, что-то было упущёно, что-то было не сделано. Поэтому нам нужен специалист, чтобы нас он пояснил, всем здесь присутствующим, т.к. из нас здесь нет ни одного медика, как это всё происходит, чтобы в дальнейшем как сторона защиты, так и сторона обвинения, и суд мог наиболее объективно оценивать все доказательства, имеющиеся в деле.
 
С: Всё?
Х: Да.
 
С: Пожалуйста.
 
А: Ваша честь! У меня, в частности, много вопросов к эксперту. В частности, именно вопросов, ответы на которые требуются именно от квалифицированного специалиста в медицинской области. В частности, о том, является ли постоянным, что пуля может выйти в одно и то же отверстие, выпущенная под разными углами и в разные места человеческого тела. Также выяснить массу подобных вопросов, на которые может дать ответ только специалист. Ни к кому другому я как обвиняемый обратиться с этим не могу. Потому что у того эксперта Шатровского, которые проводил экспертизу, остались невыясненными эти вопросы. В частности, он утверждает, что при повреждении головного мозга человек может долго-долго жить. И при повреждении лёгкого такие же параметры. Вот о разграничении этих повреждения ни слова мы в этом судебном заседании не услышали. Т.е. получается так, что с одной долей секунды нанесены были все повреждения, которые повлекли смерть потерпевших, и что самое интересное, даже мизинец, и тот был причиной смерти. Не установлены были определённые моменты, как установлена была кровопотеря и все эти моменты, когда не было вскрытия. Если кого-то не интересуют эти вопросы в зале судебного заседания, то меня они очень сильно интересуют. Я хочу воспользоваться правом задать вопросы специалисту. Прошу Вас предоставить мне это право.
 
С: Всё у сторон?
 
 
ВТ: Ваша честь! Представление сторонами доказательств, по мнению государственного обвинения, должно находиться в рамках УПК и в порядке, установленном УПК. В т.ч. поэтому мы обсуждаем вызов эксперта в рамках УПК, а не по общему принципу.
 
С: Всё у сторон или ещё что-то? Пожалуйста.
 
А: УПК у нас направлен на одну единственную цель – установить истину по делу. И все стороны здесь должны приходить к одному моменту – установить истину по делу. Если Вы против, значит Вы против.
 
ДА: Мы действуем строго в рамках УПК, просим суд оказать нам содействие в вызове специалиста, работающего в государственном учреждении. А вот препятствовать нам в этом – это уже не в рамках.
 
С: Всё у сторон? Вопрос по ходатайству. Поскольку автор коллективный, кто будет отвечать?
 
АГ: А Вы задавайте вопрос, мы решим.
 
С: Вопрос в сторону. Почему именно Маслова сторона защиты желает видеть в качестве специалиста?
 
АГ: Я знаю Маслова как виднейшего специалиста в области проведения сложных экспертиз в Ростовской обл. Знаю, что он работает в этой области ну уж не менее 3х десятков лет. Это мне известно. Мне помнится, может я ошибаюсь, я ещё был студентом университета, это было 37 лет назад, он уже работал в мединституте. Поэтому этот человек с безупречной репутацией, с высочайшей квалификацией. Именно поэтому предлагается Маслов.
 
С: На основе того, что Вы его знаете, так?
 
АГ: Нет! Не его я знаю. Я же говорю в данной ситуации, что я его знаю как специалиста. У него есть научные работы, которые я читал, я именно об этом и говорю. Маслов чтобы делал когда-то проводил экспертизы, я в таких делах участвовал, но это было лет может 20 назад.
 
С: А если это будет, допустим, Иванов, Петров или Сидоров, Вас это устроит?
 
АГ: Ваша честь! Это наше право предлагать того, кого мы знаем и кому мы доверяем как специалисту.
 
С: Я и спрашиваю, почему именно Маслов.
АГ: Я Вам объяснил, что потому, что мы ему доверяем, верим ему как специалисту, обладающему высочайшими научными познаниями.
 
С: Понятно. Второй вопрос. Каким образом получено вот то заключение, которое Вы прилагаете к своему ходатайству? Кто может объяснить?
 
А: Я могу ответить, Ваша честь.
 
С: Пожалуйста. Ну оно датировано 19-30 июня 2006г. г. Москва.
 
АГ: Ваша честь! Там же описано, что это заключение дано по запросу…
 
С: Алексей Григорьевич, на замечание нарываетесь, присядьте, пожалуйста. Раз договорились, что будет пояснять Аракчеев.
А: Ваша честь! Я могу пояснить, что по запросу адвоката Кузнецова…
 
С: Кто это такой?
А: Кузнецов Борис Аврамович, который участвовал в этом деле.
 
С: Вы его видели? Я лично – ни разу. В нашей судебном заседании ни Бориса ни Абрамовича ни Кузнецова не видел. Вот у нас одна Кузнецова Ирина Викторовна уважаемая. Всё. Ни Бориса ни Абрамовича я в нашем судебном заседании ни разу не видел. Вы сами его видели?
А: Да, Ваша честь.
 
С: У меня поэтому и вопрос. Как это заключение получено? Вы можете пояснить?
А: Конечно могу. В судебно-медицинском экспертном учреждении работают судмедэксперты, которым пришёл запрос с сопутствующими фотокопиями материалов дела, по которым они сделали заключение.
 
С: Фотокопии откуда взялись?
А: Из материалов дела.
 
С: Ну кто Вам их выдал?
А: Суд.
 
С: Ну кто суд? Суд у нас…
А: Я знакомился с материалами дела, Кузнецов Б.А. знакомился с материалами дела, приезжал несколько раз в суд. Это было в июне-июле месяце.
 
С: Кто Вам материалы дела специалисту предоставлял? Я Вас спрашиваю. Ему предоставлялись материалы дела или нет?
А: Предоставлялись копии материалов дела. Фотокопии.
 
С: Кто копии снимал, и кто их заверял?
А: Я копии фотографировал, и эти копии были предоставлены эксперту.
 
С: Ну Вы их заверяли, эти копии? Не заверяли? Или Вы фотографировали, и этот снимок представили адвокату? Так?
А: Разумеется.
 
С: Понятно. Вопросов больше у суда нет.
ДА: Ваша честь! Можно ещё по Маслову?
 
С: Да.
 
ДА: Имеется ещё 2 важных момента. Я для себя могу сказать, что, во-первых, я его соответствующие труды читал просто-напросто, а, во-вторых, он проживает в Ростове, и его проще вызвать, чем из Москвы. А в-третьих, предвидя возможный допрос, это действительно независимый эксперт, потому что даже у нас есть проблема техническая с его вызовом. И по заключению – никто и не говорит, что материалы дела предоставлялись специалисту, и поэтому никто и не настаивает на том, что это заключение – истина в последней инстанции. Оно предлагается для сведения, в обоснование необходимости допроса специалиста нами. А кстати против Иванова и Петрова абстрактных мы тоже не возражаем.
 
С: Всё у сторон? Суд удаляется в совещательную комнату ориентировочно до 15и часов.
 
Перерыв
 
[Аудиозапись 070515_4]
 
Оглашается постановление суда об отказе в ходатайстве стороны защиты в вызове специалиста Маслова.
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
г. Ростов-на-Дону                                                                             15 мая 2007 г.
 
Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Цыбульник В.Е., с участием государственных обвинителей - помощника Главного военного прокурора РФ – заместителя начальника 6-го управления Главной военной прокуратуры РФ Шаболтанова И.А. и военного прокурора отдела обеспечения участия военных прокуроров в рассмотрении дел в судах военной прокуратуры ОГВ(с) Ткачева В.И., подсудимых Худякова Е.С. и Аракчеева С.В., их защитников–адвокатов Кузнецовой И.В, представившей удостоверение № 7586 и ордер № 3231, Кириленко В.И., представившего удостоверение № 3199 и ордер № 1196, Дулимова А.Г., представившего удостоверение № 18 и ордер № 75, Аграновского Д.В., представившего удостоверение № 49 и ордер № 081495, Рогозина Д.О., представившего удостоверение депутата Государственной Думы РФ № 076, представителя потерпевших и гражданского истца Тихомировой Л.А., при секретаре Носачевой М.А., рассмотрев ходатайство стороны защиты о вызове и допросе в качестве специалиста судебно-медицинского эксперта отдела сложных экспертиз бюро СМЭ Ростовской области Маслова Е.Н. и приобщении к материалам дела «заключения специалистов от 19-30 июня 2006 года»,
 
У С Т А Н О В И Л:
 
В ходе судебного заседания по данному делу стороной защиты заявлено ходатайство о вызове и допросе в качестве специалиста судебно-медицинского эксперта отдела сложных экспертиз бюро СМЭ Ростовской области Маслова Е.Н.
Также сторона защиты заявила ходатайство о приобщении к материалам дела «заключения специалистов» Солохина и Ростошинского, которые дали оценку имеющимся в деле заключениям СМЭ трупов Джамбекова, Хасанова и Янгулбаева с точки зрения соответствия требованиям ст. 75 УПК РФ.
Рассмотрев заявленные ходатайства, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с ч. 1 ст. 58 УПК РФ специалистом является лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.
Как усматривается из текста ходатайства, сторона обвинения просит суд пригласить специалиста для ответа на следующие вопросы:
1. Соответствуют ли проведенные по делу судебно-медицинские экспертизы трупов Джамбекова, Хасанова, Янгулбаева требованиям действующих нормативных документов?
2. Можно ли считать научно обоснованными заключения экспертиз в отношении указанных лиц?
Таким образом, из ходатайства не усматривается необходимость исследования вопросов, относящихся к компетенции специалиста, а поставленные правовые вопросы относятся к компетенции суда и подлежат разрешению при оценке представленных сторонами доказательств.
Кроме того, в ходе судебного заседания был допрошен эксперт Шатровский, производивший повторные судебно-медицинские экспертизы, в ходе которого суд в полном соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ предоставил сторонам возможность выяснить все необходимые обстоятельства, относящиеся к предмету экспертиз.
В данной связи суд считает, что оснований для вызова Маслова Е.Н. с целью допуска и допроса его в качестве специалиста, предусмотренных ст. 58 УПК РФ, не имеется.
 
Также суд считает необходимым отказать в удовлетворении ходатайства стороны защиты о приобщении документа за подписью Солохина и Ростошинского, поименованного как «заключение специалиста», поскольку он таковым не является.
Данный документ получен стороной защиты во внепроцессуальном порядке, составлен лицами, не допущенными к участию в деле в качестве специалистов, содержит выводы об оценке доказательств и противоречит требованиям, установленным ст. 80 УПК РФ.
 
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 58, 271 УПК РФ, суд
 
П О С Т А Н О В И Л:
 
В удовлетворении ходатайств стороны защиты о вызове и допросе в качестве специалиста судебно-медицинского эксперта отдела сложных экспертиз бюро СМЭ Ростовской области Маслова Е.Н. и приобщении к материалам дела «заключения специалистов от 19-30 июня 2006 года» – отказать.
 
 
С: Понятно сторонам постановление суда? На словах, на пальцах объясняю: специалист – это не любое лицо, которое стороны привели и посадили под дверь. Специалистом является лицо, допущенное таковым судом. Потому что от эксперта данное лицо не отличается, также компетенция его проверяется, также ему могут быть заявлены отводы, как правило. Поэтому автоматически допускать, приглашать всех лиц суд не может. Основания отказа в постановлении есть. Что касается отказа на данном этапе, это не лишает в соответствии со ст. 271 ходатайствовать повторно о вызове специалиста. Это я Вам разъясняю. Понятно, да?
 
ДА: Уважаемый суд! Я хотел бы для протокола свои возражения принести на действия председательствующего.
 
С: Пожалуйста.
 
ДА: Я полагаю, в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК суд обязан оказывать защите, а равно и обвинению, содействие для осуществления их процессуальных обязанностей и осуществления своих прав. В соответствии со ст. 271 ч. 4 суд не вправе отказать в ходатайстве о допросе в судебном заседании лица в качестве специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон. Проверить компетенцию специалиста можно лишь… по крайне мере, установив его личность и образование. Т.е. как минимум, вызвав его в судебное заседание и допросив его, как минимум, по данным обстоятельствам, что сделано не было. Я полагаю, что своим судебным решением уважаемый суд существенно стеснил защиту в предоставлении доказательств, учитывая заключение экспертизы, которое, безусловно, будет нами заявлено ходатайство о признании его недопустимым доказательством, учитывая обстоятельства, при которых были проведены экспертизы, учитывая особо тяжкое обвинение, выдвинутое нашим подзащитным, я считаю, что в данном случае нарушение прав защиты и стеснение прав защиты является существенным.
 
С: Всё? Пожалуйста.
 
А: Ваша честь! Я также хотел бы принести возражения на действия председательствующего в связи с тем, что в постановлении я услышал только одну формулировку: оценка экспертизы. Я говорил много о том, что я хочу задать вопросы, не связанные с оценкой экспертизы, а именно связанных с пониманием медицинского характера определённых вопросов и ответов на них. Ни с какой оценкой… мы не спорим, что оценивать доказательства должны Вы в соответствии с УПК, своими убеждениями и иными обстоятельствами. Но я считаю, что лишить меня права задать свои вопросы специалисту – это не компетенция суда. В данном случае суд встал полностью на сторону обвинения, поддерживает всю позицию обвинения, не давая нам таким образом возможности задать специалисту вопросы, которые мы хотим задать. Тем самым, я считаю, что уважаемый суд удовлетворяет то заключение, которое находится в материалах дела, и сам суд прикрывает действия эксперта, государственных органов, которые, как я считаю, незаконно предъявили обвинение, и незаконные действия экспертов, которые принимали участие в экспертизе. Это попустительство, которое допускается судом, мне неясно.
 
С: Ещё кто-то желает выступить с заявлением? Сергей Владимирович, специально для Вас я включил фразу, что в судебном заседании был допрошен эксперт, проводивший судмедэкспертизу, суд предоставил возможность сторонам задать ему вопросы относительно предмета экспертиз. Присядьте. Если Вы пропустили вдруг, я просто напомню. Что-то ещё?
 
ДА: Не совсем по экспертизе. Уважаемый суд совершенно верно нам указал, что мы имеем право повторно ходатайствовать о вызове специалиста, но тогда есть действительно пожелание, поскольку раз уж мы обсуждали Шатровского, и я полагаю, моё субъективное мнение, что в ходе допроса Шатровского обнаружилась, конечно, его некомпетентность, но говорить об этом предметно, увы, можно только после ознакомления с соответствующим протоколом, т.ч…
 
С Ну насчёт протокола, я Вам общие правила…. С протоколом знакомятся после судебного заседания. Учитывая, что председательствующий идёт Вам навстречу, как только…
 
ДА: Мы тоже по возможности…
 
С: По возможности, как только я его прочитаю, как только будет возможность, я Вас ознакомлю, во всяком случае, я планирую это сделать до прений. Я постараюсь это сделать, но сами понимаете, пока я к вам шёл, мне ещё одно дело всучили. Без работы не сижу, поверьте.
 
ДА: Ну безусловно, просто Вы поймите нас, мы сегодня так бурно обсуждали показания Шатровского, а могли их и неточно воспроизвести…
 
С: Нет, все были при допросе Шатровского, правильно? Что значит неточно? Неточно – тогда буду замечания на протокол в установленном законе порядке.
 
ДА: Нет, мы могли процитировать неточно в судебном заседании, не имея перед собой протокола.
 
С: Вы можете неточно?
 
ДА: Ну когда мы приводили в обосновании… сторона защиты – что Шатровский сказал то, сторона обвинения – что Шатровский сказал это. Мы же это по памяти воспроизводили, по своим записям.
 
С: По своим, разумеется, записям. А протокол вообще по записям делается. Но секретарь пишет, поэтому запись не делается. А что касается тех, кто вошёл к нам в процесс позже, то я постараюсь до прений предоставить вам возможность, опять-таки по возможности, потому что, к сожалению, не могу я слово давать, поскольку сами видите, физически просто не успеваю.
 
АГ: Ваша честь! Вы нас тогда лишите права на защиту. Как же так?
 
С: Алексей Григорьевич, не надо обиженных делать, потому что законом вообще не предусмотрено, честно говоря.
 
АГ: Вступающему адвокату знакомиться с материалами дела?
 
С: С материалами дела…
 
АГ: А это разве не материалы дела – протоколы допроса, тех следственных действий…
 
С: Всё, кому что-то не нравится, пишите жалобу, всё.
 
АГ: И это правильно.
 
С: Правильно. Я своё мнение Вам высказал, я Вам навстречу пойду. Сторона защиты желает что-то представлять дальше какие-то доказательства?
 
ДА: Уважаемый суд! Сегодня нам проблематично представлять какие-то доказательства, потому что, я скажу честно, у нас не было ни малейших сомнений, что уважаемый суд вызовет, и мы будем заниматься допросом, и, на наш взгляд, нет ни малейших правовых оснований, поэтому на сегодняшний день мы планировали долго и упорно заниматься допросом эксперта, потому что объём большой, вопросов к нему было много, и на сегодняшний день по объективным причинам, к сожалению, не зависящим от нас, мы не готовы двигаться дальше. Вот именно сегодня, прямо сейчас. Конечно, через некоторое время…
 
С: Через некоторое – это через какое?
 
ДА: Ну завтра, скажем, хотя…
 
С: Т.е. предлагается сделать перерыв до завтра?
 
ДА: Ну получается, что так. Не по нашей вине, и для нас…
 
С: Подождите, подождите, давайте… ходатайство предполагает два варианта его разрешения. Или удовлетворить, или отказать. Я поэтому попрошу в будущем предполагать оба эти варианта, поскольку суд у нас независимый, и Вы можете быть уверены только в одном случае, что суд удовлетворит железобетонно, если у Вас такая уверенность есть, если я Вам на ухо сказал, в остальных случаях Вы должны сомневаться, также, как и я.
 
ДА: Будем иметь в виду. Но я думаю, что выражу общее мнение, что мы просим перерыв до завтра, до 11 часов.
 
С: Мнение стороны обвинения?
 
ВТ: Не возражаем.
 
С: Объявляется перерыв до 11 часов.
 
Перерыв