[Аудиозапись 070601_1]
(около 1 минуты – разговоры на тему опозданий участников, жары и т.д.)
С: Продолжаем судебное заседание. Вчера мы остановились на ходатайстве о назначении судебной трассологической экспертизы. Сторона защиты желает что-то дополнить, да? Пожалуйста.
ДА: Мы бы просили чуть-чуть переиграть, и вопрос о ходатайстве о назначении трассологической экспертизы отложить чуть-чуть. На сегодня. У нас оно готово здесь, в порядке. Но мы бы хотели другое ходатайство... или это не положено?
С: Не положено. Сразу вам говорю, что пока мы это ходатайство не разрешим, другое...
ДА: Вопрос снимается.
С: Давайте. Иначе мы рискуем просто не разрешить ни одно. Давайте обсуждать будем еще? Ходатайство о назначении...
ДА: Да, в письменном виде мы его подготовили...
С: Пожалуйста.
ДА: Ходатайство о назначении судебной трассологической экспертизы. 30 и 31 мая 2007 года в судебном заседании осуществлен осмотр покрышки предположительно БТР-80, представленной обвинением в качестве вещественного доказательства по уголовному делу, хранившейся в комнате вещественных доказательств военной прокуратуры (УГВС?). Как видно из материалов дела, в частности, из рапорта Супряткина, именно им 15.01.2003 года обнаружено колесо от БТР (том первый, лист дела тридцать первый). Обнаружение колеса БТР установленным уголовно-процессуальным законом порядком не зафиксировано и не закреплено. Осмотр места обнаружения колеса и осмотр колеса Супряткиным не производились. В рапорте не указан идентификационный номер колеса. Сам рапорт начальником ГРОВД не зарегистрирован, не принят, никому для проверки не направлен. Следователь Абдулхаджиев 17.01. 2003 года (том 1 лист дела 67-69) – была произведена выемка колеса от БТР, я подчеркиваю, БТР, а не БТР-80, в служебном помещении УР Грозненского РОВД. И в тот же день с 17 до 17.15 произведен осмотр (вещей?) покрышки от БТР в служебном помещении прокуратуры грозненского района без участия специалиста или эксперта, том 1, лист дела 70,71. Осмотром установлена лишь одна особая примета покрышки – на боковой части имеется повреждение в виде пореза. Идентификационного номера или иных примет на покрышке не обнаружено. В частности, не указаны легко определяемые внутренний и внешний диаметры покрышки, ширина протектора и иные. При этом после осмотра колесо-покрышка не упаковано, не опечатано, не скреплено подписями понятых и следователя и не указано место, куда вещественное доказательство помещено для хранения. 18 февраля 2003 года с 18 до 18.45 в помещении военной прокуратуры (Васильевым?) был произведен дополнительный осмотр предмета без указания причин, вызвавших его необходимость, и – того ли предмета, который ранее был осмотрен следователем Абдулхаджиевым. Том 1, лист дела 278-280. В протоколе без ссылки на источники указывается, что произведен осмотр покрышки БТР-80, обнаруженной 15 января 2003 года на проселочной дороге. Хотя до этого никем не было указано на обнаружение покрышки именно БТР-80 и на проселочную дорогу. Следователем обнаруживается столько маркировочных обозначений на обеих сторонах покрышки, что возникает естественный вопрос, как при первичном осмотре эти обозначения не были обнаружены. При этом в протоколе отмечено, что специалист (эксперт) в осмотре не участвовал, а технические средства для обнаружения, идентификации, фиксации признаков не применялись. Фото не удалось. Как и в протоколе осмотра от 17.01.2003, и в протоколе осмотра от 18.02.2003 года – так же отсутствуют сведения о способе упаковке, скреплении подписями понятых и следователя, помещении на хранение. Постановление от 10 октября 2003 года – том первый, лист дела 116 – помощником военного прокурора Хорошуном указывается, что в ходе осмотра места происшествия сотрудниками РОВД Грозненского района была изъята с места происшествия покрышка от колеса БТР-80 номер 1200К 00448, приобщена в качестве вещественного доказательства и передана на хранение начальнику секретной части военной прокуратуры. Однако в материалах уголовного дела отсутствуют акт приема-передачи вещественного доказательства Хорошуном начальнику секретной части, как и отсутствует сопроводительное письмо начальника секретной части о направлении данного вещественного доказательства в адрес Северо-Кавказского военного суда. В процессе прошлых судебных заседаний и в настоящем процессе предпринимались попытки установить идентификационные признаки доставленной в судебное заседание покрышки, чтобы установить ее принадлежность войсковой части 3186 и опосредованно БТР-80 номер 226. Однако до настоящего времени данное вещественное доказательство не осмотрено с участием специалиста-эксперта, обладающего познаниями в этой области и необходимыми техническими возможностями для установления того факта, что представленная для осмотра покрышка является покрышкой от колеса БТР-80, где, когда и каким заводом изготовленной, ее действительный, а не предполагаемый идентификационный номер, использовалась ли она по назначению, а не в иных целях. На основании точных сведений возможно установить, кому она была передана в эксплуатацию, могла ли оказаться на БТР-80 номер 226 15.01. в месте происшествия. Важное значение имеет также вопрос о том, имела ли место попытка изменить и скрыть подлинный идентификационный номер покрышки. Множество противоречий, неточностей в процессуальных документах, невыясненные сведения о вещественном доказательстве, представляемом обвинением, являются достаточными основаниями для назначения трассологической экспертизы. На основании изложенного в соответствии со статьями 283, 195 просим назначить трассологическую экспертизу покрышки колеса.
(разговоры на тему того, кто и где расписался).
С: Стороне обвинения надо время на ознакомление с вопросом?
С: Ну это вам надо отдельно совещаться промеж себя – или в процессе? ... Ну это как вам будет угодно. Имеется в виду, необходимость есть или достаточно...
ВТ: Есть
С: Есть? Понятно. Устно стороне защиты нечего добавить по поводу ходатайства? ... Значит перерыв до 13 часов 15 минут.
[Аудиозапись 070601_2]
ВТ: Сторона обвинения полагает, что ходатайство о назначении судебной трассологической экспертизы не может быть удовлетворено (неразборчиво)... По указанному ходатайству должное обоснование необходимости назначения экспертизы отсутствует. Изложенные доказательства относятся лишь к обстоятельствам обнаружения и взятия покрышки. Указанные в ходатайстве цели проведения данного исследования представляются несостоятельными. Вопреки утверждениям стороны защиты, наличие противоречий и неточностей в процессуальных документах не может являться основанием для назначения трассологической экспертизы. Более того, эти (неразборчиво).... противоречат.... судебного заседания...производивших осмотр данного вещественного доказательства.
Для установления номера покрышки, вопреки мнению стороны защиты, отсутствует необходимость в проведении именно экспертных исследований. Утверждение стороны защиты о том, что следователем не был обнаружен идентификационный номер может быть воспринято лишь как субъективная трактовка протокола. Тот факт, что номер не указан следователем в протоколе, не означает, что данный номер фактически на покрышке отсутствовал. Запрос со стороны защиты о возможности и необходимости установления принадлежности данной покрышки конкретной воинской части также является необоснованным. Так как..(неразборчиво). данная покрышка обнаружена именно на железнодорожной станции, куда прибывала вся техника воинских частей, участвовавших в проведении (...), что составляет свыше тысячи воинских частей. И к войсковой части 3186 никакого отношения не имеет. При этом данная покрышка не использовалась Кулаковым(?) по назначению в качестве колеса, установленного на БТР во время движения,. и предназначена была для второстепенных задач. В установленном порядке на БТР 226 и других БТР ... эта покрышка не передавалась. Установление принадлежности этой покрышки конкретной воинской части может привести к затягиванию процесса до бесконечности и не относится к подлежащим доказыванию. В соответствии... (неразборчиво) проведение данной экспертизы не является обязательным. Упаковка и опечатание громоздких предметов, к числу которых данная покрышка однозначно относится, в соответствии с частью второй статьи 182, не является обязательным. В материалах дела имеется документ о местонахождении вещественного доказательства. Передача его в суд начальником секретной части законом не предусмотрена, поскольку данное лицо не обладает указанными процессуальными полномочиями. Непосредственно данное вещественное доказательство представлено в суд и исследовано сторонами. Обстоятельства появления данного вещ. доказательства в деле были исследованы в ходе судебного доказательства...(неразборчиво) об этом были допрошены свидетели .... Кулаков, Абдулхаджиев, Васильев, Хорошун. Кроме того, как объективно установлено, номер, который имеется на покрышке, не соответствует номеру, указанному в обвинительном заключении и других официальных документах.
На основании изложенного сторона обвинения полагает, что данное ходатайство удовлетворению не подлежит и направлено на затягивание судебного процесса. В связи с чем в обсуждении ходатайства просим отказать.
ДА: Ваша честь, я только одно хочу сказать. Документы документами, возражения возражениями, затягивание судебного процесса – затягиванием судебного процесса... Мне представляется, что для таких обвинений, в общем-то, не особенно процессуальных, должны быть основания. В принципе все наши действия направлены на затягивание процесса, потому что особыми тройками дела слушались гораздо быстрее. Ну можно было сразу после обвинений перейти к судебным прениям. Уважаемый суд! Защита находится на работе. И у нее другие дела тоже есть. Зачем же из раза в раз все наши действия считать направленными на затягивание судебного процесса? Это некорректно, я считаю. А по существу полностью поддерживаю доводы, изложенные в ходатайстве, о назначении трассологической экспертизы.
С: Стороны еще что-то желают высказать? Поругаться?
АГ: Вы соскучились...? Ну давайте, я тогда сейчас... отвечу.
С: Нет-нет... я только с вас пример уже стал брать. Суд удаляется в совещательную комнату... ориентировочно...
ДА: Разрешите ваша честь еще...
С: Пожалуйста.
ДА: Согласно статьи 177 УПК о порядке производства осмотра, в части третьей указывается, что если для производства такого осмотра требуется продолжительное время или осмотр затруднен, то предметы должны быть изъяты, упакованы, опечатаны, заверены печатями следователя и понятых на месте осмотра. При этом в протоколе осмотра по возможности указываются индивидуальные особенности и признаки изымаемых предметов, к которым индивидуальный идентификационный номер никак не может не относиться. Это раз. Ваша честь, исходя из статьи 182й УПК, а именно - „порядок хранения вещественных доказательств“ - то мы на эту статью, сторона защиты и в частности я, уже ссылались. Что является громоздкими предметами? И как они должны храниться и передаваться.
С: На какую статью вы ссылались?
ДА: На статью 177, часть третья. „Порядок производства осмотра“.
С: Все?
ДА: Да. И вот статья 182 регламентирует: вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров, сохранение которых затруднено, и издержки по обеспечению специальных условий хранения которых несоизмеримы с их стоимостью... но покрышка- это явно не большая партия товара, и явно ее хранение не затруднено и уж тем более не стоит какой-то там стоимости. Поэтому, ваша честь, необходимо... все-таки сторона защиты считает, что экспертиза прямо-таки необходима именно для установления номера, принадлежности этой покрышки и тому подобных вещей.
С: Сторонам добавить больше нечего? Ну тогда суд удаляется в совещательную комнату... ориентировочно на 30 минут.
[Аудиозапись 070601_3]
Оглашение постановления об удовлетворении ходатайства со стороны защиты о назначении по уголовному делу Худякова, Аракчеева трассологической судебной экспертизы покрышки и назначении по данному делу трассологической судебной экспертизы, производство которой поручить специалистам Главного Управления Южного регионального Центра судебной экспертизы министерства юстиции РФ.
С: Значит, почему я так долго задержался – потому что были большие сомнения, правильно ли мы ее назвали с вами, поскольку сейчас в перечне, утвержденном министерством юстиции РФ такие экспертизы называются экспертизами маркировочных обозначений. … Значит, все экспертиза назначена. Теперь, сколько необходимо сторонам для подачи суду в письменном виде вопроса… Пожалуйста, сторона защиты, вы инициаторы… Перерыв.
[Аудиозапись 070601_4]
С: Пожалуйста, Алексей Григорьевич.
АГ: Перед экспертами просим поставить следующие вопросы: какие маркировочные обозначения имеются на представленной покрышке колеса? Возможно ли прочтения всех имеющихся на покрышке маркировочных обозначений? Если возможно, то какие именно надписи содержат имеющиеся на покрышке маркировочные обозначения? Если невозможно, то по какой причине? Имеются ли на представленной покрышке повреждения маркировочных обозначений? Если имеются, то возможно ли получение этих повреждений в процессе эксплуатации покрышки по предназначению? Какова давность причинения этих повреждений? Что обозначают имеющиеся на покрышке колеса маркировочные обозначения? Возможно ли определить по имеющимся на представленной покрышке маркировочным обозначениям завод-изготовитель, а также партию изделия? Если возможно, то каким заводом изготовлена представленная покрышка? На каких транспортных средствах возможно использование покрышек данного типа?
С: Всё? Пожалуйста, передайте стороне обвинения. Сторона обвинения, попрошу тогда зачитать свои вопросы. То же самое сделать.
… оставили отдали отдайте, Владимир Евгеньевич.
С: Все расписались? У стороны… во, Алексей Григорьевич подписался, вижу. Значит, все. … угу. Пожалуйста, сторона обвинения, готова вопросы свои?
ВТ: Да, Ваша честь.
С: Пожалуйста.
ВТ: В соответствии с частью 2 статьи 283 УПК представляем вопросы эксперту. Имеется ли на покрышке идентификационный номер, если да, то какой. Имеется ли на покрышке номер 12 03 К 00 44 58? Имеются ли на покрышке в области идентификационного номера механические повреждения, если да, то какова давность их образования? Возможно ли образование данных механических повреждений от воздействия подошв солдатской обуви либо от трения о броню БТРа. Имеются ли подобные повреждения на других участках покрышки?
С: Так, стороны будут готовы сами?
ДА: А можно сразу высказаться? Ну, я бы кое-что бы убрал.
С: К обсуждению стороны готовы в принципе, нет? Или надо обсудить между собой, промеж себя? Как лучше? Алексей Григорьевич, Вам как?
АГ: Да я думаю, что давайте никуда не уходить, время не терять, сейчас выскажемся.
С: Готовы сейчас, да, без перерыва? Тогда пожалуйста, стороны защиты
ДА: Уважаемый суд, принципиальных замечаний у нас нет, единственное, часть вопросов обвинения пересекается с нашими, можно их как-нибудь, может быть, объединить в одни. И, мне кажется, не совсем корректно употреблять фразу «идентификационный номер», потому что мы, как неспециалисты, не знаем, какой номер идентификационный. Наверно, может быть, оставить «маркировочные обозначения», а пусть уж эксперты скажут, что из них что означает.
С: Это…
ДА: Это к вопросу
ДА: Это общее понятие, наверное, «маркировочные обозначения»
ДА: Первый и третий вопрос здесь вот, уважаемые представители гособвинения, имеется ли на покрышке идентификационный номер. Ну, вряд ли мы знаем достоверно, какой из номеров идентификационный, какой – номер партии, какой – ещё что-то. Как раз для этого и требуются специальные познания. Так, на покрышке, соответственно, в области идентификационного номера механические повреждения. Вот по той же причине замечания <неразборчиво> Возможно ли образование данных механических повреждений от воздействия подошв солдатской обуви, правильно?
Х: Да. Или от трения о БТР.
ДА: Или от трения о БТР
ВТ: Ну, у нас… аналогичный вопрос у нас есть, только он шире поставлен.
ДА: Тоже, уважаемый суд, Худяков мне совершенно верно подсказывает, солдатская обувь – это понятие растяжимое. И воздействие подошв солдатской обуви, мне кажется, что неконкретный вопрос.
С: Вы называйте вопросы, которые просите отвести, номера сразу.
ДА: В принципе…
С: И если можно, коротенько мотивировочку
ДА: Я бы сказал так… буквально в двух словах, что принципиальных замечаний, настолько, чтобы вопросы отводить, у нас не имеется. Правильно?
С: Да.
ДА: Формулировки, мне кажется, нам кажется, можно было бы изменить, убрать конкретные понятия, о которых может высказаться специалист.
С: Пожалуйста.
АГ: Мне кажется, эксперт… не эксперт, а вопросы эксперту не совсем так… тому эксперту, которому мы хотим направить покрышку на экспертизу именно по солдатской обуви. То есть следы механических повреждений … о броню да, возможно, но солдатская обувь, тут как бы, не совсем вот мне понятна. Да и эксперту... Я, конечно, не считаю себя экспертом, и далек от этого, но я думаю, что это вопрос не к данному эксперту, не к эксперту именно в области маркировочных обозначений.
С: Мы, кстати, не эксперту в области маркировочных обозначений экспертизу назначили
Но я ещё
Совершенно верно
<неразборчиво>
…назвали. Маркировочно- как эта экспертиза называется? <…>
Это не я не звал, это вот Министерство юстиции. «Экспертиза маркировочных обозначений».
А, ну вот, точно.
То есть по сути вопросы будут ставиться эксперту в области маркировочных обозначений, и, таким образов, эксперт определит, солдатская обувь или другая какая-либо. Но если <…>
<…>
А?
<…>
Грубо говоря, у образования механических повреждений.
<…>
Возможно ли образование от следов солдатской обуви?
<…>
ДА: Ну мы этот вопрос поставили как «возможно ли получение повреждений в процессе эксплуатации?»
С: Какой вопрос отвести просите?
АГ: Вопрос не отвести, Ваша честь, нет, вопросы, на мой взгляд, они абсолютно имеют отношение к делу, ну, исправить. Вопрос именно от воздействия подошв не солдатской обуви, потому что эксперт, скорее всего не сможет определить, солдатская это обувь или нет, а просто обуви, да, я совершенно согласен. Вопрос в таком плане, что – от следов обуви или трения о броню БТР.
С: Всё?
АГ: Или иным способом.
АГ: Или иным способом, да. А именно конкретно к отводу вопросов у нас нет, потому что вопросы поставлены с чувством, с толком, с расстановкой, господа.
ВТ: Аналогичный вопрос у нас есть.
С: У стороны защиты что-то ещё будет, вопросы?
АГ: Да нет.
С: Пожалуйста, сторона обвинения. То же самое вам.
ВТ: Так, вопрос первый: какие маркировочные обозначения имеются на представленной покрышке колеса? Мы не возражаем. Первый вопрос. Что такое маркировочный, идентификационный номер – они одинаковые по сути.
С: Да, они….
ВТ: Второй вопрос: возможно ли прочтение всех имеющихся на покрышке маркировочных обозначений? На мой взгляд, это оценочное – «возможно ли?» - каждый из… «при каких условиях?»…
ДА: … что в этом вопросе вкладывается? Вы мне скажите, мне непонятно. Прочтение кем? В зависимости от зрения, это самое… то есть здесь слишком много условий, и вопрос получается неконкретным. «Возможно ли прочтение?»
ВТ: Нет, здесь имеется… простите, что… мы мнение имеем в виду эксперта.
Конечно, это основной вопрос.
ДА: Потому что уважаемый суд, когда вынес постановление о назначении экспертизы, он уже сказал, что мы не обладаем все вот такие… визуальным способом определить, поэтому это вопрос эксперту.
С: Но тогда это вопрос – «возможно ли визуальным способом определить номер?»
ДА: Возможно ли прочтение… Ваша честь, мы, честно говоря, против второго вопроса.
С: Вы не против второго вопроса, а против его редакции.
ДА: Против его редакции.
С: Подождите. К данному вопросу. Читаем вопрос. Чтобы до меня все это дошло, потому что вы с таким вкусом спорите, что и мне хочется поучаствовать хотя бы. Возможно ли прочтение всех имеющихся на покрышке маркировочных обозначений. Какие возражения против данной постановки вопроса?
АГ: Тут его надо, Ваша честь, надо второй и третий одновременно читать вопросы.
ВТ: Ваша честь, можно?
ВТ: <…> фактически <…> это самое… будет вопрос первым. Какие маркировочные обозначения имеются на покрышке колеса, возможно ли прочтение
АГ: Нет, нет, это разные вопросы.
С: Что под этим подразумевается? Может ли эксперт визуально осмотреть и сказать, это самое? Для этого требуется лупа
ДА: С использованием технических средств.
АГ: С использованием технических средств. Потому что это у каждого индивидуально. У меня зрение плохое, я не вижу этот номер. У эксперта, может, хорошее зрение, он этот номер видит. Здесь вот в этом плане я имею в виду, что вопрос размыт получается.
С: Как предлагается, по-вашему? Ну, имеется в виду, смысл-то понятен – можно ли установить…
АГ: Нет, Ваша честь, я лично полагаю, что смысл непонятен. Можно мне пояснить?
С: Ну да, пожалуйста.
АГ: Что касается … обращения, суду уже высказался на эту тему. В постановлении указано: «не представляется возможным». Именно поэтому мы отправляем этот вопрос эксперту, потому что в его распоряжении имеются на его усмотрение технические средства. «Возможно ли?» – самым широким образом – «возможно ли прочтение?» - хоть с помощью любого способа. Визуально невозможно, уже это суд постановил.
НС: у Вы же задали вопрос – имеются ли маркировочные.. надо сказать, что имеются.
АГ: Нет-нет, тогда мы спрашивали, имеются ли маркировочные обозначения, и какие именно. Подразумевается тип этих обозначений.
ВТ: Сначала наличие.
Какое-то обозначение – идентификационный номер, какое-то обозначение – год выпуска, какое-то обозначение – марка завода.
Опять это вопрос <…>.
В смысле? Какой?
<…>
Ну, если экспертиза маркировочных обозначений
С: Так, подождите. У нас экспертиза трассологическая, судебно-трассологическая экспертиза. Экспертиза способов, следов и так далее. Для того, чтобы номер прочитать, это самое. Но не расшифровка обозначений номера, это другое.
Ответить не представится возможным в рамках данной экспертизы.
Это заранее не входит в экспертизу эксперта-<…>.
АГ: Ну откуда мы знаем? Если они и маркировочные обозначения могут изучить, надо поставить так вопрос. Если они не смогут ответить, или не входит в компетенцию эксперта, пусть так и ответит. Не назначать же нам, Ваша честь, потом новую экспертизу-то?
АГ: Надо как можно больший объем информации попытаться получить.
С: Предлагаю все-таки выступать по порядку.
С: Сторона защиты выступила по вопросу стороны обвинения. Теперь все-таки хотелось бы выслушать мнение стороны обвинения по вопросу стороны защиты. Если какие-то будут возражения, мы это обсудим.
ВТ: Мы полагаем, что вопрос второй, третий, четвертый - они дублируют. Потому что «возможно ли прочтение», «если возможно, то какие надписи» и «если невозможно, то по каким причинам» - это фактически один вопрос.
АГ: Ну правильно, мы с этим и согласны. Здесь в принципе нужно обозначить не 3, 4, а 2.1, 2.2, «если возможно, то какие»…
АГ: Давайте так, все-таки… Я пытаюсь облегчить Вашу работу.
С: Алексей Григорьевич, давайте каждый за себя будем работать. Значит, обсуждение вопросов предполагает… вообще обсуждение предполагает мотивацию, понимаете? То есть вот этот вопрос вам кажется неуместным потому-то и потому-то.
АГ: Этот вопрос неясен – что подразумевается под возможностью прочтения имеющихся маркировочных обозначений?
С: Как предлагается сформулировать? Вообще отвести или как предлагаете сформулировать?
АГ: Мы полагаем, что предлагаемый вопрос фактически дублирует и наш, и здесь – «каков идентификационный номер?» на данном колесе. А возможно ли его прочтение – это…
ДА: Но там же много обозначений.
С: Если вы вообще против..?
АГ: Ну да…
С: Вы считаете, что <…> ясно, что написано, поэтому вас смущает этот вопрос. Так я понял, нет? Ну смысл какой? Так?
АГ: Вопрос слишком широк – «возможно ли прочтение», что под этим понимается?
С: Ну тогда значит не прочтение, а установку предлагается или как? Возможно ли установить, там, идентификационный номер…
АГ: Да. Да. Возможно ли установить идентификационный номер.
С: То есть способы установки не указывать?
АГ: Да.
АГ: Ну надо убрать «идентификационный». «Возможно ли установить все имеющиеся на покрышке маркировочные обозначения?»
С: Вполне.
АГ: «Возможно ли установить»…
С: Это про покрышку, да, будет называться?
АГ: Да, про покрышку.
С: Всё?
АГ: Да, это относительно второго, третьего, четвертого. Далее. «Имеется ли на представленной покрышке повреждение маркировочных обозначений» полностью совпадает с нашим вопросом, только «в районе идентификационного номера».
Ну не знаю, такой номер, «идентификационный». Вот какое возражение.
АГ: : Так, против шестого. Шестой вопрос. «Если имеются, то возможно ли получение этих повреждений в процессе эксплуатации покрышки по предназначению?» Мы полагаем, что вот «по предназначению»… данная покрышка используется не только по предназначению, как колесо для передвижения БТРа, оно ещё использовалось, как… висело сзади БТРа и эксплуатировалось не по предназначению. Поэтому ограничивать возможность этих боковых повреждений в процессе эксплуатации по назначению, на мой взгляд, неправильно.
С: Всё что ли? Всё?
Нет. <…>
С: Отвести его совсем?
АГ: Данный вопрос предлагаю оставить в нашей редакции. «Возможно ли образование данных механических повреждений от воздействия подошв солдатской обуви либо от трения о броню БТРа».
С: Ещё раз прочтите свой вопрос, редакцию своего вопроса.
АГ: «Возможно ли образование данных механических повреждений от воздействия подошв обуви» с учетом замечаний стороны, либо «от трения о броню БТР».
ВТ: А в «процессе эксплуатации по назначению» тогда? Нет, у вас вопрос другой. Можно его объединить в один вопрос, ваш вопрос и наш.
С: «Какова механика получения повреждений» и всё.
С: Вот давайте я сейчас… Разрешите, я провозглашу этот вопрос, он, наверное, устроит все стороны. Вот здесь.
С: Значит, «если имеются, то получены ли они в результате… эти повреждения… в процессе эксплуатации покрышки по предназначению или иным способом». И «иным способом» описываем то, что вы говорите.
АГ: Может быть, ещё проще? «Если имеются, то каков механизм причинения этих повреждений?»
С: Понятно.
ВТ: По седьмому вопросу «давность причинения этих повреждений» возражений мы не имеем. Вопрос 8, 9, 10 и 11, касающиеся маркировочных обозначений, расшифровки, завода, парии изделий и т.д., и в том числе транспортных средств, на которых возможно использование покрышек такого типа, мы считаем, что они полностью не относятся к компетенции эксперта-трассолога, по следам. В связи с чем мы против этих вопросов возражаем и считаем, что…
С: 8, 9, 10, 11?
ВТ: Да.
С: А по поводу 11-го?
ВТ: В том числе. Использование покрышек – это автотехника, это вообще не трассология.
<…>
АГ: Почему? Может быть не может данная шина использоваться на БТР-80, он вам ответит. Почему вы сразу исключаете этот ответ?
ВТ: Трассолог не может ответить. У нас трассологическая экспертиза, не автотехническая.
АГ: Ну что ж, назрел вопрос и автотехнической экспертизы.
С: Всё? То есть 2, 3, 4 вопросы предлагается объединить, да?
ВТ: Пятый. Возражений не имеется.
С: «Возможно ли установить имеющиеся на покрышке маркировочные обозначения» - так, да? Сторона обвинения предлагает как?
ВТ: Нет, так мы не возражаем, имеется в виду на представленной покрышке.
С: Дайте, я хотя бы установлю позицию стороны обвинения.
С: По каким вы имеете в виду вопросам? Ну, второй, третий, четвертый объединить предлагается?
ВТ: Да.
С: В какой? В один?
ВТ: Да. В один, формулировку вы записали. «Возможно ли установить имеющиеся на покрышке маркировочные обозначения». Так, да?
С: Устраивает такая постановка вопроса сторону защиты?
АГ: «Возможно ли»…?
С: «Возможно ли установить имеющиеся на покрышке маркировочные обозначения». Да, нет?
АГ: Годится.
С: Ну мы как отказывается от 3, 4, я не понимаю… Если невозможно, то по какой причине, если возможно, то какие символы содержать имеющиеся на покрышке маркировочные обозначения? Всё в рамках одного вопроса.
ВТ: Можно их объединить таким образом.
АГ: Но чтоб количество вопросительных знаков осталось неизменным. Ну какой смысл объединять в один вопрос разные вопросы?
ВТ: Нет, ну просто это подвопросы, это не самостоятельные вопросы. Подвопросы, подпункты второго вопроса.
С: Так, пятый предлагается оставить, да?
ВТ: Ну, он не противоречит нашему, только у нас ещё давность повреждений.
С: «Давность» тоже остается два вопроса.
ВТ: У нас он объединен в один.
С: Всё у стороны обвинения?
ВТ: Да.
С: Пожалуйста, <…>
АГ: По шестому вопросу позволю себе со стороной обвинения не согласиться. Как здесь прозвучало, сторона обвинения говорит «мы знаем, что покрышка эксплуатировалась не только по предназначению, а ещё и, там, по каким-то другим». Мы этого на данный момент знать не можем, мы это будем знать после того, как суд примет решение по делу. Это раз. Все остальные вопросы, Ваша честь, касаемые 7, 8, 9 и 10-го, они все относятся именно к тому эксперту, о котором сказал суд, что трассологическая экспертиза и <…> как правильно называется эта экспертиза.
С: Экспертиза маркировочных обозначений.
АГ: Экспертиза маркировочных обозначений. И если эксперт проводит экспертизу именно маркировочных обозначений, то я сильно сомневаюсь, что он не будет знать, что означают эти маркировочные обозначения, это в любом случае будет входить в его компетенцию. Он должен как раз ответить на все интересующие нас вопросы, а именно: о принадлежности данной покрышки, что в большей части нас интересует.
С: Попрошу ближе к уже назначенной с вашего ходатайства экспертизе. У нас назначена не экспертиза маркировочных обозначений, а трассологическая экспертиза. Напоминаю просто.
АГ: А мы в скобочках просто ставим, уточняем. Маркировочных обозначений.
ДА: Уважаемый суд, и тут я тоже… всё равно настаиваю, чтобы оставить данные вопросы. Почему? Потому что трассолог будет проводить экспертизу именно маркировочных обозначений. Он будет проводить, точнее, экспертиза будет проводиться в экспертном учреждении. Если эксперт будет некомпетентен, он нам так это и напишет.
С: А комплексную нельзя назначить?
ДА: Я не компетентен.
С: Уважаемые стороны, давайте как-то более последовательно. Суд удовлетворил ваше ходатайство…
АГ: А если эксперт все-таки сумеет ответить на эти вопросы, и это входит в его компетенцию, то мы этим ответом узнаем совсем другие вопросы, потому что у нас уже будет на руках – у суда – заключение эксперта по принадлежности данной покрышки, по её номерам. Если, конечно, эксперт сможет ответить на данные вопросы, если это входит в его компетенцию.
С: Всё?
АГ: Да, Ваша честь.
С: Пожалуйста.
ДА: Я вот тут обратил внимание, что сторона обвинения противоречит сама себе. Если мы говорим строго о трасологии, то как можно перед экспертом в вопросы вкладывать такие понятия, как идентификационный номер? Это как раз в чистом виде вопрос к экспертизе маркировочных обозначений.
С: Предлагается отвести вопрос?
ДА: Ну, если следовать логике обвинения, то его предлагается отвести.
С: Давайте без логики, просто предложения ваши, вот и всё.
ДА: Об идентификационном номере предлагается в любом случае отвести, потому что…
С: Как сформулировать предлагается?
ДА: Вот так, как у нас, в нашей редакции.
ДА: Ну мы вообще в принципе, уважаемый суд, мы настаиваем на редакции наших вопросов, поскольку мы заявляли ходатайство, нас здесь интересует получение именно этой информации, и в частности, вот если говорить о вопросе 11-м, на сегодняшний день у нас в деле нет ни одного документа, из которого бы однозначно следовало, что эта покрышка именно от БТРа, и уж тем более, БТР-80. Это пока тоже наши домыслы. Всех участников процесса. Поэтому, уважаемый суд, я бы просил поставить перед экспертом именно такие вопросы, а пусть уже эксперт скажет, что эти вопросы – какие-то – не находятся в его компетенции, на какие-то вопросы не представляется возможным ответить, потому что в противном случае нам просто необходимо делать всё последовательно, в соответствии со статьей 58-й УПК РФ, вызывать специалиста для того, чтобы он помог нам поставить перед экспертом вопросы.
С: Всё?
ДА: Всё.
С: Вот я и вас и спрашиваю, какие предлагаются помимо тех, то, что вы передали суду. Ещё какие-то есть у вас вопросы?
ДА: Уважаемый суд, вот те одиннадцать вопросов, которые мы поставили, на наш взгляд, они полные, в них содержится всё, что мы хотим узнать. Но, нет, мы не возражаем, чтобы были поставлены и вопросы, которые выдвигает обвинение, от этого, я считаю, экспертиза только выиграет. Единственное, что я просил бы снять вопросы, где содержатся конкретные понятия, сходящие в категорию…, ну, в компетенцию эксперта и не входящие в компетенцию сторон. Это такие понятия, как идентификационные номера, неидентификационные номера. Мы не обладаем достаточными познаниями, чтобы определять, какие именно номера несут какую смысловую нагрузку. Для этого мы эксперта и… в том числе и для этого.
С: Угу, понятно. Ещё что-то? У стороны защиты что-то будет ещё по обсуждению? Оставить маркировочные обозначения, так, да?
ДА: Да.
ДА: А пусть они сами определят, какие из них идентификационные, а какие иные. Если вообще есть такое понятие.
С: Всё? Стороны обсуждать больше ничего не желают? Ну, давайте посмотрим… Давайте тогда мы с вами вот как посмотрим – отправим-ка мы нас в решательную комнату в/до понедельник (-а), потому что…
ДА: Ваша честь, у нас ходатайство ещё есть, которое мы бы очень просили разрешить сегодня.
С: А, а с чем связано? В двух словах скажите, пока, как говорится, не заявляя.
ДА: Нет, наверное, надо заявлять.
С: Ну тогда сейчас суд уйдет в совещательную комнату.
ДА: Уважаемый суд, шила в мешке не утаишь. Это связано со специалистом, который второй день находится за дверью.
С: В области чего?
ДА: В области взрывотехники.
С: Не, ребята, давайте сначала с этим разберемся. Мы сейчас что, две экспертизы одновременно будем проводить, или как?
ДА: Да нет, мы его допрашивать хотим.
ДА: Нам бы для начала ходатайство заявить.
С: О допросе специалиста?
ДА: Да. Мы принесли ходатайство, и оно принципиально отличается, и необходимые документы готовы представить.
С: Давайте на 10 минут перерыв объявим.
[Аудиозапись 070601_5]
С: Случилась страшная потеря. Я могу работать только со своим, да, потому что в других я теряюсь, сразу начинаю громко плакать. Так, продолжаем судебное заседание. Пожалуйста, какое там ходатайство у вас выдвигалось?
ДА: Уважаемый суд, я займу некоторое время. Ходатайство о допросе лица в качестве специалиста.
Х О Д А Т А Й С Т В О
о допросе лица в качестве специалиста.
В соответствии со ст.74 ч.2 п.3.1 УПК РФ, в качестве доказательств по уголовному делу допускаются, в частности, заключение и показания специалиста. В Комментарии к ст.74 УПК РФ под редакцией Д.Н. Козака, Е.Б. Мизулина. (Москва, Юристъ, 2004 г.) указано, что «в УПК (как и УПК РСФСР) регламентировано участие специалиста в судопроизводстве по инициативе следователя (ст. 168). Кроме того, в новом УПК (в отличие от УПК РСФСР) предусмотрено право защитника привлекать специалиста в соответствии со ст.58.»
В соответствии со ст.80 ч.4 УПК РФ, показания специалиста - сведения, сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснения своего мнения в соответствии с требованиями статей 53, 168 и 271 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст.53 ч.1 п.3 УПК РФ, с момента допуска к участию в уголовном деле защитник вправе привлекать специалиста в соответствии со ст.58 УПК РФ. Как указано в Комментарии к ст.53 УПК РФ под редакцией Д.Н. Козака, Е.Б. Мизулина. (Москва, Юристъ, 2004 г.), «согласно п. 3 ч. 1 комментируемой статьи защитник может привлечь указанное им лицо в качестве специалиста для участия в судебном заседании. Защитник может также получать письменное мнение сведущего лица по научным, техническим и правовым вопросам, обосновывающее заявленное им ходатайство и его позицию по уголовному делу.»
В соответствии со ст.58 УПК РФ, специалистом является лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, в частности, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяются статьями 168 и 270 настоящего Кодекса.
В Комментарии к ст.58 УПК РФ под редакцией Д.Н. Козака, Е.Б. Мизулина. (Москва, Юристъ, 2004 г.) указано, что «различия в правовом статусе специалиста и эксперта состоят в следующем. Эксперт привлекается к участию в УД на основании постановления о назначении СЭ, в котором указываются вопросы, поставленные перед экспертом, а специалист вызывается без такого постановления.»
В соответствии со ст.168 ч.2 УПК РФ, перед началом следственного действия, в котором участвует специалист, следователь удостоверяется в его компетентности.
В соответствии со ст.271 ч.4 УПК РФ, суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон.
В Комментарии к ст.271 УПК РФ под редакцией Д.Н. Козака, Е.Б. Мизулина. (Москва, Юристъ, 2004 г.) указано, что «в отличие от УПК РСФСР ч. 4 комментируемой статьи запрещает суду отказывать в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля или специалиста, если они явились в судебное заседание по инициативе сторон.»
Как видно из изложенного в судебном заседании, в соответствии со ст.273 ч.1 УПК РФ, обвинения, Худяков Е.С. и Аракчеев С.В. обвиняются, в частности, в том, что «Худяков, … предложил Аракчееву вместе с ним взорвать похищенный автомобиль «КАМАЗ».
Реализуя задуманное, Худяков положил тротиловую шашку общей массой 600 гр. на топливный бак автомобиля «КАМАЗ», подсоединил запал УЗРГМ к тротиловой шашке, а Аракчеев присоединил металлическую проволоку длиной 10 метров к чеке запала. Затем Худяков отошел к БТРу, а Аракчеев, зайдя за кузов указанного автомобиля, дернул дважды за проволоку. При этом сработал замедлитель гранаты УЗРГМ и, примерно через 4-5 секунд, произошел взрыв автомобиля, который в результате подрыва полностью сгорел.»
В соответствии со ст.274 ч.2 УПК РФ, после исследования доказательств, представленных стороной обвинения, исследуются доказательства, представленные стороной защиты.
В соответствии со ст.15 ч.4 УПК РФ, стороны обвинения и защиты равны переду судом. В соответствии со ст.15 ч.3 УПК РФ, суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.
В ходе настоящего судебного заседания защита считает необходимым допросить, в соответствии со ст.53 ч.1 п.3, 74 ч.2 п.3.1, ст.80 ч.4 УПК РФ, лицо, обладающее специальными познаниями в области взрывотехники, а именно в области боеприпасов, взрывных устройств и следов их взрыва, и в области взрывчатых веществ, продуктов и следов их взрыва.
В связи с изложенным, в соответствии ст.ст.53 ч.1 п.3, 58, 74 ч.2 п.3.1, ст.80 ч.4, 271 ч.1, 4 УПК РФ, просим привлечь в качестве специалиста и допросить в судебном заседании Кондратьева Виталия Владимировича, заведующего лабораторией судебной взрывотехнической экспертизы ГУ «Российский федеральный Центр судебной экспертизы при Минюсте России», кандидата технических наук, образование высшее химико-технологическое, имеющего экспертной работы по специальностям «Исследование боеприпасов, взрывных устройств и следов их взрыва», «Исследование взрывчатых веществ, продуктов и следов их взрыва» и «Исследование порохов, пиротехнических составов и следов их сгорания», явившегося в судебное заседание по инициативе стороны защиты.
В судебном заседании просим обозреть:
- Служебное удостоверение №007 от 12.01.2006, из которого усматривается, что Кондратьев Виталий Владимирович действительно состоит в должности заведующего лабораторией судебной взрывотехнической экспертизы ГУ «Российский федеральный Центр судебной экспертизы при Минюсте России».
- Свидетельство №00042, выданное Кондратьеву Виталию Владимировичу, из которого усматривается, что решением экспертно-квалификационной комиссии Государственного учреждения Российского федерального центра судебной экспертизы от 18.12.1986 ему присвоено право самостоятельного производства взрывотехнической экспертизы по специальности «Исследование боеприпасов, взрывных устройств и следов их взрыва»; решением экспертно-квалификационной комиссии Государственного учреждения Российского федерального центра судебной экспертизы от 18.12.1986 ему присвоено право самостоятельного производства взрывотехнической экспертизы по специальности «Исследование взрывчатых веществ, продуктов и следов их взрыва»; решением экспертно-квалификационной комиссии Государственного учреждения Российского федераёльного центра судебной экспертизы от 2.12.2005 ему присвоено право самостоятельного производства взрывотехнической экспертизы по специальности «Исследование порохов, пиротехнических составов и следов их сгорания».
Настоящее ходатайство и копии Служебного удостоверения №007 от 12.01.2006 на имя Кондратьева В.В. и Свидетельства №00042 на имя Кондратьева В.В. просим приобщить к материалам уголовного дела по обвинению Аракчеева С.В. по ст.ст.105 ч.2 п.п. «а, ж, з, л», 162 ч.3 п. «б», 35 ч.2 - 286 ч.3 п.п. «а, б» УК РФ, Худякова Е.С. по ст.ст. 105 ч.2 п.п. «а, ж, з, л», 162 ч.3 п. «б», 167 ч.1, 16 ч.1, 35 ч.2 - 286 ч.3 п.п. «а, б», 325 ч.1 УК РФ.
П Р И Л А Г А Ю:
1. Копию Служебного удостоверения №007 от 12.01.2006 на имя Кондратьева В.В.
2. Копию Свидетельства №00042 на имя Кондратьева В.В.
ДА: Кроме того, обращаю внимание, что настоящий специалист суду уже достаточно хорошо знаком. В томе 23 на листе дела 82-84 имеется приобщенный к материалам дела акт экспертного исследования специалиста Кондратьева Виталия, вернее, эксперта там указано, Кондратьева Виталия Владимировича. В томе 23 на листе дела 105 указано, что суд в свое время даст оценку этому акту экспертного исследования, то есть нельзя сказать, что этот человек для суда новый, и неизвестно, о каком специалисте идет речь. Вот
С: Всё?
ДА: Такое достаточно длинное ходатайство. Так, можно я тут стороне обвинения передам? Прошу прощения, что оно тут не скреплено, вот это, степлера не было под рукой.
С: Ну ходатайство без приложенных документов
Ну и, пожалуйста, очень предметно, скажите
<...>
<...>
С: Стороне обвинения надо <...>?
ДА: Ваша честь, удостоверение предоставите на обозрение?
С: Нет необходимости. Как понадобится...
ДА: Просто это часть ходатайства.
Чтобы мы сейчас убедились
С: Стороне обвинения время надо? Сколько?
ВТ: Время просто на изучение или на подготовку своего мнения?
С: Естественно, на подготовку мнения, поскольку одного изучения для нас мало. Всё? Сколько?
ВТ: Нам необходимо не менее часа, с учетом, в конце рабочего дня… мы тогда просим до понедельника.
ДА: Прекрасно зная, что эксперт находится за дверью. Уважаемый суд, я полагаю, что это злоупотребление своими процессуальными правами.
АГ: Вопрос <…> Мне вообще-то слово не предоставляли. Я его попросил. Можно высказаться по этому поводу? По поводу перерыва.
АГ: Ваша честь, я бы хотел дополнить одно выступление
С: Давайте, уважаемые стороны, без… А там час-то изучать… что-то там новое увидели или что час изучать? Ну имеется в виду, понятно, я на вас давить тоже не могу, смотрите.
ВТ: Ну, Ваша Честь, мы считаем, что все-таки время нам на подготовку необходимо.
С: Ну я и спрашиваю у вас, сколько вам необходимо с учетом, как говорится, пожелания стороны защиты уложиться… в световой день, да? А?
ВТ: Мне кажется, тогда непонятно пожелание стороны защиты. А когда у нас будет время допрашивать специалиста, если он будет допущен, если рабочий день заканчивается?
ДА: Сегодня начнем и…
ВТ: Можно и ночью, мы не возражаем
ДА: В конце июня закончим.
С: Ночью нельзя, вы что?
ДА: На усмотрение суда, вы заметьте.
С: И даже на усмотрение суда, суд даже не может ночью
ДА: Сегодня начнем, в конце июня закончим.
С: Ночное время – это святое. Это даже круче, чем Трудовой кодекс, что тут говорить. Алексей Григорьевич знает. Давайте тогда объявим технический перерыв на пару минут, не сходя с места обсудим, чтобы без протокола это было, чтобы каждый имел возможность высказать свои опасения. Значит, на мой взгляд… С утра-то че не <…>
АГ: Да вы нам не дали, Ваша Честь
С: Так если б вы начали не с экспертизы, а с этого
ДА: Так я с него начал, а Вы говорите, что мы ещё не завершили один вопрос, а вы уже со вторым.
С: Ну, правильно.
ДА: Мы, конечно, с этого и хотели начать.
С: С утра надо было начинать не с экспертизы, а с этого.
ДА: Вы нас остановили.
АГ: Защита кругом теперь виновата.
С: Ну, планировать надо как-то
АГ: Нет, Ваша честь, мы же с этого начали сегодня, это в протоколе есть, именно с этого ходатайства, я его с утра сегодня…
ДА: Мы вам безропотно подчиняемся
С: Разумеется
АГ: Хотя бы если определимся, он готов прибыть
С: Стороне обвинения полчаса
ВТ: Ваша честь, я возражаю.
С: Не отказ, только полчаса.
ВТ: В данном случае я возражаю, я, конечно, приношу свои извинения
С: Нет, пожалуйста. Что предлагаете вы?
ДА: Хватит ли озвученного в судебном заседании. Объяснить, почему. Посмотрите на ходатайство. Я прошу прощения, что сделал его таким длинным, там 80% правовой ликбез так называемый, а все остальное очень простое. Вопрос этот мы уже решали, он уже изучался. Это ходатайство можно разрешить на месте, никуда не отходя.
С: То есть как бы предлагается наступить на горло…
ДА: Ну, я предлагаю, конечно…
С: Сколько реально времени надо для изучения?
ВТ: Полчаса, не менее.
С: Надо, да?
ВТ: Надо материал ещё глянуть, на который ссылаются.
ВТ: Ну, том дела 23 лист 82-84.
ДА: Формально у меня в этом ходатайстве … Для изучения этого ходатайства не требуется дополнительных материалов. Это я обратил внимание как раз не обвинения, а суда, что этот специалист по крайней мере суду уже знаком.
С: Суду? Нет. Я его вообще первый раз вижу.
ДА: Фамилия знакома.
АГ: Вы приобщали просто это заключение, Ваша честь.
С: Приобщали мы не заключение
АГ: Заключение.
С: Мы приобщали ходатайство об исключении доказательств.
АГ: И приложение Вы при…
С: Да, приложение мы не могли выбросить, потому что было оно к ходатайству присовокуплено.
ДА: Уважаемый суд!
То, что было не присовокуплено, мы Светлане, как Вас, извините?
Викторовна
Викторовна. Светлане Викторовне вернули. А поскольку тут вот в приложении было написано «акт экспертного исследования», мы же его не могли выбросить. Ладно, понятно.
Вы ещё посмотрите на странице 105-й
Поэтому…
А в своем определении, постановлении, вернее, вот там есть.
Нет-нет, там на странице 105-й.
А че в постановлении? В постановлении отказали мы, по-моему.
В настоящее время…
<…> В ходатайстве отказать, всё, точка.
ДА: В настоящее время о признании доказательств недопустимыми мы ни о какой доказательной силе самостоятельной этого акта не говорим. Об этом в свое время суд упоминал, на листе дела 105, в том же томе или другом? Не буду даже об этом спорить.
ДА: Об этом да, мы об этом не говорим, просто для сведения я говорю, что мы…
С: Не, не…
ДА: … ничего нового из рукава не достаем
С: Тут дело не в рукаве. Дело сейчас… Вы пока читайте, мы пока спорим со стороной защиты.
АГ: Ваша честь, можно представить ксерокопии…
С: Кого?
АГ:…Вот, приложенные к документу обвинения?
С: Ну обвинение чтобы тоже ознакомилось…
АГ:… с ксерокопиями служебных удостоверений. Если есть необходимость, можно обозреть оригиналы.
С: Не, ну если необходимость будет, то… Значит, технически, технически это делается так: вот вы представляете, мы решаем ходатайство – допросить или нет. Если решили допросить, начинаем устанавливать личность, правильно? И там уже пошли отводы, специалистов очень много <…> стороной противоположной то же самое, правильно, нет?
С: И, соответственно, установление там стажа работы, компетенции, и так далее. То есть на данной стадии это пока преждевременно. То есть мы щас решаем не вопрос допросить там конкретно Кондратьева, Петрова или Сидорова, мы принципиально решаем вопрос вот в связи с создавшейся ситуацией, имеем ли мы процессуальное право заниматься вот в рамках действующего УПК допросом специалистов, а вы это обосновываете, необходимость допроса специалиста.
АГ: Нет, имеете ли Вы процессуальное право отказать нам в допросе специалиста, явившегося в суд по инициативе стороны?
С: Ну это Вы так думаете.
ДА: Ваша честь, мы почему представляем Вам копии и готовы подлинник представить…
С: Хорошо
АГ: … сейчас для обозрения, поскольку этими документами уже подтверждена специальность этого лица, что мы вам не просто представляем кого-то…
С: Бога ради!
АГ: … что лицо, являющееся по специальности
С: Возражений нет
АГ: Здесь есть документ, подтверждающий его квалификацию
С: Алексей Григорьевич, ваша настойчивость была бы понятна, если б с этим кто-то спорил. Если б кто-то спорил со специальностью, там, со стажем, с компетентностью. С этим же никто не спорит, верно?
ДА: Уважаемый суд, можно?
С: Да.
ДА: Если есть необходимость, мы, мне кажется, конечно не обязаны это делать на этой стадии, но если есть необходимость со стороны обвинения, мы готовы что называется раскрыть карты и вопросы наши представить
С: На данной стадии вы обязаны обосновать свое ходатайство о необходимости привлечения специалиста. Всё, точка.
ДА: Да, мы хотим выяснить…
С: А что, если для этого вопросы вы считаете необходимо обсудить, что вот на этот вопрос, на этот… пожалуйста, это обоснование ходатайства вашего пошло. Каким образом вы будете обосновывать ходатайство – это ваше право, тут никто, как говорится, не волен вмешиваться. Вы обосновываете, пожалуйста.
ДА: Мы не обладаем специальными познаниями в тех областях, в которых обладает познаниями специалист
С: Ну, тогда давайте в любом случае… сколько? Ну, полчаса как минимум. До скольки? До шести часов? Сейчас сколько времени?
ДА: Десять минут шестого.
С: До половины шестого, да.
ДА: Ваша честь, для протокола, извините, что называется, за занудство, я…
С: Сейчас пока мы в режиме перерыва. Возобновлять будем, чтобы вы для протокола что-то сказали?
ДА: Да.
С: Пожалуйста, тогда возобновляем, пожалуйста, говорите.
ДА: Уважаемый суд, я свои возражения переношу на действия председательствующего. Я полагаю, что это ходатайство не подлежит обсуждению со стороны обвинения, оно в данном случае является бесспорным в соответствии со статьей 271, частью 4-й, в нем не может быть отказано, и не может быть поставлена реализация прав защиты в зависимости от мнения противоположной стороны.
Перерыв
[Аудиозапись 070601_6]
С: Продолжаем судебное заседание. Сторона обвинения готова?
ВТ: Да, ваша честь. Полагаем, что заявленное ходатайство не подлежит удовлетворению по следующим основаниям: в соответствии с частью 4 статьи 271 суд не вправе отказать в ходатайстве о допросе в судебном заседании явившегося в суд по инициативе сторон специалиста.
Господин Кондратьев специалистом ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания, ни ранее не признавался.
Участие в проведении каких-либо следственных либо иных действий не принимал, и согласно требований статьи 58 не может быть признан специалистом, на которого распространяется действие части 4 статьи 271.
Оценка доказательств по делу, в том числе заключение экспертов, в частности взрывотехнической экспертизы, в соответствии со ст. 17 УПК РФ, производится судом.
Перечень вопросов, для разрешения которых привлекается специалист, в соответствии со ст. 58 ч. 1 является исчерпывающим.
Оценка доказательств заключения эксперта, в т.ч. с т.з. обоснованности и полноты, не входит в компетенцию специалистов.
В ходе предварительного следствия, в связи с возникшей необходимостью в специальных познаниях в области взрывотехники, взрывчатых веществ была назначена и проведена взрывотехническая экспертиза, производство которой было поручено испытательно-криминалистическому центру при МВД Чеченской Республики.
Руководством данного экспертного учреждения ее производство было поручено старшему эксперту данного учреждения Тасуханову
Заключение эксперта было исследовано в судебном заседании, 16 марта судом допрошен эксперт Тасуханов по данному вопросу.
(невнятно) ход допроса данного эксперта удостоверились нас, как гособвинения, в его компетентности.
Оснований полагать, что эксперт Тасуханов не обладает достаточными познаниями в области взрывотехники не имеем.
Сторонами обвинения и защиты, в том числе судом, выяснены все возникшие в связи с этим заключением вопросы.
Ответы эксперта на эти вопросы наряду с заключением экспертизы, которые не признаны судом недопустимыми, будут в соответствии со ст. 17 оценены судом.
В ходе допроса эксперта были получены ответы на все вопросы, относящиеся к взрывотехнике.
И необходимости прибегнуть к специальным познаниям другого лица, не имеющего отношения к экспертным исследованиям, не имеется.
Ходатайство стороны защиты не содержит целей, для разрешения которых, по их мнению, требуется допрос господина Кондратьева.
Голословность стороны защиты на комментарии к УПК, несмотря на авторитетность его автора, является несостоятельным, поскольку содержит лишь частное мнение, которое, в отличие от самого УПК, не может быть обязательным для суда.
На основании изложенного, полагаем в удовлетворении ходатайства следует отказать.
ДА: Уважаемый суд! Я бы, на месте стороны обвинения, не стал бы требовать от суда столь грубого и серьезного нарушения права наших подсудимых на защиту и столь серьезного и основательного ограничения нашего права на предоставление доказательств.
АГ: Ваша честь! Буквально два слова! О том, что мы представляем в данной ситуации специалиста, я думаю, у суда нет никаких оснований сомневаться, поскольку копии подлинных документов, свидетельствующих о его высокой квалификации, не должны вызывать ни у кого сомнений. Нижайший уровень квалификации эксперта, который ранее давал заключение, тоже не вызывает ни у кого сомнения. При таких обстоятельствах лишить нас права представить, как бы это нам право предоставлено законом, лишить нас права представить специалиста ля установления объективной истины по этому важному обстоятельству, подлежащем доказыванию по данному уголовному делу, совершенно очевидно. Разве что только не верят... Да не то, что не верят, а не хотят – представители государственного обвинения. Этим я полагаю, и продиктовано их возражение.
ДА: Уважаемый суд! Мы уже изучали документы, в части постановления о назначении экспертизы, ознакомления Аракчеева и Худякова с выводами экспертизы, совершенно там было четко установлено, что при производстве экспертизы были нарушены их права, предусмотренные ст. 198, 195. Эта тема выделяется для отдельного ходатайства, и поверьте, оно будет нами заявлено. Поэтому говорить о том, что экспертиза учитывала мнение защиты просто не приходится. Большинство участников процесса, в частности адвокаты Дулимов, Аграновский, Кириленко вообще при этой экспертизе не присутствовали, и, опять же, уважаемый суд, мы всё вокруг да около экспертизы. Во-первых, подчеркну, специалист не дает свою оценку доказательств. Он дает разъяснения по вопросам, входящим в его компетенцию. И самое главное, у нас вопросы – и суд их видел – не связаные никак с вопросами, поставленными перед экспертом. У нас свои вопросы, мы свое хотим выяснить, как говорится, насущное. Почему мы и предлагаем представить стороне обвинения вопросы, а вопросы, которые могут быть поставлены перед взрывотехником, с учетом накопленных человечеством знаний, они совершенно безграничны и выходят далеко за рамки экспертизы, поэтому неправильно привязывать допрос специалиста к допросу эксперта. Кроме того, действительно, мы все равно так или иначе будем ходатайствовать о назначении повторной экспертизы, и, только что, мы с вами обсуждали трассологическую экспертизу. Вы видите, что возникала необходимость в помощи специалиста для постановки сторонам вопросов, где еще специальные термины. А здесь столь серьезная область... Да, еще... Немаловажное мнение по поводу ознакомления суда с документами. У нас в ходатайстве тоже есть этот момент – являться с оригиналами удостоверений и свидетельств специалистов.
С: Совещаясь на месте, суд постановил в нарушение ч. 1 ст. 271 УПК РФ данное ходатайство стороны защиты явилось необоснованным, поскольку не содержит ссылку на предусмотренную ч. 1 ст. 508 УПК РФ основания, свидетельствующего о необходимости привлечения к участию в деле специалиста, а также не обозначены вопросы, для разъяснения которых сторона защиты предполагает данного специалиста допросить. На основании изложенного в ходатайстве стороны защиты о допросе в качестве специалиста Кондратьева (невнятно) не подлежит. Ссылки на ч. 4 ст. 271 о необходимости формулирования вопросов экспертам при данных обстоятельствах на данной стадии судебного заседания являются несостоятельными.
С: Объявляется перерыв до.. предлагайте время.
ДА: Вообще-то, уважаемый суд, мы бы хотели все-таки заявить наше ходатайство повторно сейчас, потому что в понедельник мы можем привезти специалиста и, скорей всего, так и сделаем...
С: О допросе специалиста?
ДА: Да.
С: Ну если у вас не появится новых доводов...
ДА: Есть у нас новые доводы. С учетом отказа суда мы приняли во внимание и сейчас мы готовы сказать, какие вопросы мы перед специалистом поставим...
С: Давайте вот что сделаем тогда. Сейчас мы вопрос этот обсуждать не станем, потому что уже и так их много. Обсудим его в понедельник. Устраивает? Потому что сейчас вы сами видите – ничего нового вы уже... Это третье ходатайство подобное?
ДА: Почему? Вопросы мы сейчас представим. Мы же сказали, что вопросы готовы. Вот они – вопросы –у нас здесь, пожалуйста.
С: Я так понимаю, мне здесь субботу-воскресенье предлагается провести? Ну как бы возражений особых нет. Вот сейчас смотрите технически как это будет: вы формулируете вопросы. Мы их должны обсудить. Сторона обвинения возможно будет возражать.
ДА: В том, что она будет возражать, я не сомневаюсь.
С: Когда вы предполагаете – даже если ваше ходатайство будет удовлетворено – когда вы предполагаете допрашивать специалиста? Просто в 19 ...
ДА: Если вы примете решение его допрашивать мы прилетим в понедельник что называется с гарантией все вместе.
С: Давайте на понедельник тогда и отложим. Почему? Потому что необходимость столь спешного решения этого вопроса с учетом того, что вы все равно этого специалиста сегодня увезете в столицу – она отсутствует. То есть в понедельник вы заявите данное ходатайство, в понедельник его решим, и в случае его удовлетворения вы следующим заходом привезете хоть 10 специалистов.
ДА: Нет, мы его привезем сразу.
С: Ну смотрите – ваше право.
Обсуждается время начала судебного заседания в понедельник
В понедельник в полпервого. Просьба к участникам прибыть в суд пообедавшими.
Просим сторону защиты представить план допроса специалиста
С: Сторона защиты готова выполнить просьбу стороны обвинения – представить план исследования доказательств?
ДА: Допрос взрывотехника – первичен.
С: Ну то есть у нас получается допрос взрывотехника в периоде. Кроме ваших ходатайств никаких других доказательств представлять не намерены? А сколько дней вот будет идти заседание? Все таки сторона защиты готовится на эти дни? То есть как планировать будем работу? Сторона защиты готова работать все эти дни? В рабочие – с понедельника?
ДА: Нет. Всю неделю сидеть здесь не только не готовы, но не имеем и технической возможности, потому что это связано и с подготовкой ходатайств, и с другими организационными мероприятиями.
С: План у вас есть какой-то?
ДА: Ну которым вы готовы поделиться с судом, чтобы нам организовать работу всем участникам. Не только со специалистом.
С: Ну давайте в понедельник эти планы.
ДА: У нас был план на эти дни. Но не по нашим причинам...
С: В общем, попрошу быть готовым к любому варианту разрешения ваших ходатайств.
ДА: Мы готовы.
Перерыв