«Уместно предположить, что в деле Аракчеева и Худякова для жителей республики важны отнюдь не юридические тонкости. Важно, чтобы хоть кто-нибудь из «федералов» ответил перед законом»

Член правления общества «Мемориал» А. Черкасов

Главная

Статистика

Под обращением к Президенту России уже подписалось:
16239 человек

Нам помогают

Липцер, Ставицкая и партнёры

Агенство Политических Новостей

Баннеры

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Свободу лейтенанту Аракчееву!

Яндекс.Метрика

«Какие вы, люди?» - интервью сценариста Игоря Хрекина

piligrim.jpgДокументальный экран обращается к каждому

Нет, не разучились наши кинодокументалисты всем сердцем воспринимать «проклятые вопросы». Фильмы, о которых расскажем сегодня, разные и по теме, и по героям, но внутренняя доминанта у них одна. Они о нравственности сегодняшнего поколения, его ответственности перед современниками, перед прошлым и будущим, перед самими собой.

Ты чист, лейтенант Аракчеев

История, страшная вдвойне. Фильм режиссера Светланы Стасенко, снятый на студии НЭЦКИ им. Саввы Кулиша, Москва, — о трагедии, произошедшей в Чечне, когда были убиты трое мирных жителей, строители по профессии. Но есть и вторая трагедия — обвинение человека ни в чем не повинного. Ради чего? Похоже, в интересах политических игр, когда надо найти виновного, не важно, является ли он им или нет. И его находят.

Наш корреспондент попросил прокомментировать ситуацию одного из авторов этой картины, сценариста Игоря ХРЕКИНА.

— Скажите, Игорь, как вы познакомились с лейтенантом внутренних войск, сапером Сергеем Аракчеевым, осужденным на 15 лет лишения свободы?

— В первый раз я встретился с ним еще в 2006 году, после окончания второго процесса, когда суд присяжных снова его оправдал, посчитав, что лейтенант Аракчеев не имеет никакого отношения к тройному убийству. К тому времени Верховный суд отменил и этот приговор, предстоял третий судебный процесс с уже профессиональным военным судьей, без участия присяжных. Причем, важный момент, — Верховный суд отменил второй оправдательный приговор задним числом, что вообще противоречит всем юридическим принципам.

Мы встретились с Сергеем в московском кафе, и я даже сразу не поверил в его рассказ — настолько, казалось, нереальные вещи он рассказывал. Я ему высказал свои сомнения. Он, видимо, уже привыкнув к скептическому отношению, дал мне диск с фотокопиями своего уголовного дела, и эти документы меня убедили в том, что невозможное бывает. Тогда я очень хорошо понял, почему два состава присяжных, независимо друг от друга, признали его невиновным.

— Но чем объяснить позицию профессиональных судей?

— Как ни странно, ответ на этот вопрос дал лично Рамзан Ахматович Кадыров. После второго оправдательного приговора, комментируя решение суда присяжных, тогда еще будучи премьер-министром Чеченской Республики, он заявил корреспонденту ИА REGNUM: «На мой взгляд, первопричиной тому послужило отправление правосудия не на территории Чеченской Республики, отсутствие в коллегии присяжных жителей Чечни, недопонимание присяжными по данному уголовному делу воли моего народа». Становится понятно, почему следствие велось русскими следователями именно таким образом.

Только один пример. В одном из трупов убитых есть «слепое» пулевое отверстие. Это значит, что пуля убийцы находится в теле убитого. Казалось бы, чего проще — достать эту пулю, и экспертиза могла бы определить, из какого ствола она выпущена, кому принадлежит оружие.

Этого сделано не было ни сразу после обнаружения убитых, ни позже. А на все ходатайства стороны защиты о такой экспертизе ответ был таким — по исламским законам эксгумацию проводить нельзя. Родственники убитых, чеченские власти категорически против эксгумации. В такой ситуации власти Чечни не могут гарантировать безопасность следственной группы. Вот так.

То есть это дело уже давно перестало быть уголовным. Правда в нем никого не интересует. А на вопрос о том, по каким причинам судья Цибульник принял именно это решение, может ответить только он.

— Получается, что Сергей — жертва нашего времени?

— Да, жертва. Герои сейчас совсем другие. Взгляните на телевизионный экран, и вы их увидите в избытке.

В отличие от них, Сергей очень прямой и искренний человек, который каждый раз испытывает недоумение, сталкиваясь с ложью и неправдой. А таких столкновений в его недолгой жизни с избытком.

И еще одно отличие. Сергей — человек, как говорится, «со стержнем». С очень крепким стержнем внутри. Вот смотрите — с 2003 года тянется эта история, а он не сломался и продолжает вести свою личную войну за правду. Причем «личная война» — не какой-то поэтический образ. Однажды он мне так и сказал, что считает себя военнопленным на этой войне.

А вот за то, что он такой, со стержнем, низкий поклон его родителям — маме, Валентине Петровне Аракчеевой и отцу, Владимиру Александровичу Аракчееву.

Я приведу только одну фразу Сергея, которую он произнес как-то в нашей беседе: «Если бы оттого, что я сижу, зависел в России мир, я согласен сидеть всю жизнь».

— А как Сергей оказался в Чечне?

— Деревенский паренек, родившийся во Владимирской области, а выросший в Нижегородской, пошел служить срочную службу в армии и решил стать военным. Поступил в военное училище и уже офицером вернулся в то самое подразделение, в котором служил солдатом. По специальности он сапер, и его задачей в Чечне были поиск, разминирование и уничтожение взрывных устройств. А что такое заложенное взрывное устройство? Это чьи-то законсервированные до поры до времени смерть и увечья. Причем ведь не только пуля — дура. Взрывное устройство тоже умом не отличается, оно уничтожает и калечит все вокруг, вне зависимости от национальности и вероисповедания. Оно не разбирает, кто попал в зону поражения — мужчина или женщина, старик или ребенок. Оно уничтожает всех. А Сергей очищал Чечню от этой законсервированной смерти, за что имеет правительственные награды. Более мирная и благородная задача может быть только у врача.

Кстати, он вовсе не должен был ехать в Чечню. Но туда отправляли солдат, командиром которых он был. «Ну как же я их брошу? Я их обучал всему, и они уедут, а я останусь тут?» И он вызвался поехать в Чечню по собственной инициативе.

— Кто был инициатором съемок фильма?

— Я заболел судьбой Сергея и давно хотел сделать кино о нем. С тех пор, как с ним встретился в 2006 году. Но не было ни денег, ни заказчика. Сейчас мне предложил снять это кино мой друг Игорь Виттель. На его личные деньги. Он же выступил продюсером фильма.

Юлия МАТАФОНОВА

На фото: Сценарист Игорь Хрекин. Кадр из фильма «На мне крови нет».